microbik.ru
1 2 ... 12 13


Д. И. ФЕЛЬДМАН, Г. И. КУРДЮКОВ

ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ

РАЗВИТИЯ МЕЖДУНАРОДНОЙ

ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ

ИЗДАТЕЛЬСТВО
КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
1974

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава первая 4

МЕЖДУНАРОДНОЙ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ 4

Глава вторая 30

ВОЗНИКНОВЕНИЕ СУБЪЕКТОВ
МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА 30


Глава третья 47

СТРУКТУРА ПРАВОВОГО СТАТУСА И КЛАССИФИКАЦИЯ СУБЪЕКТОВ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА 47

Глава четвертая 67

ПРАВОВЫЕ ФОРМЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СУБЪЕКТОВ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА 67

Глава пятая 83

МЕЖДУНАРОДНАЯ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТЬ И ПРОБЛЕМА ПРИЗНАНИЯ ЭМИГРАНТСКИХ ПРАВИТЕЛЬСТВ И ТАК НАЗЫВАЕМЫХ ПРАВИТЕЛЬСТВ 83

В ИЗГНАНИИ 83

Глава шестая 109

КРИТИКА БУРЖУАЗНЫХ КОНЦЕПЦИЙ О ПОЛОЖЕНИИ ФИЗИЧЕСКОГО ЛИЦА В МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ 109


Печатается по постановлению Редакционно-издательского совета Казанского университета
Научный редактор доцент Н. С. Захаров

В монографии рассматриваются актуальные проблемы международной правосубъектности. Значительное внимание уделяется освещению влияния основных тенденций развития современного международного права на теорию и практику международной правосубъектности. Видное место отводится таким малоисследован­ным проблемам, как возникновение субъектов международного права, их структура, классификация, функции и формы их осущест­вления. При анализе связи между правосубъектностью и призна­нием правительств, приводится обширный материал из истории признания так называемых правительств в изгнании во время второй мировой войны. Завершается книга критикой современ­ных буржуазных концепций международной правосубъектности физических лиц.

Книга рассчитана на студентов, аспирантов и научных сотрудников юридических факультетов и институтов, студентов Институ­та международных отношений, а также на практических работ­ников в области международных отношений и международного права.

Глава первая



ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ СОВРЕМЕННОГО

МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА И ПРОБЛЕМА

МЕЖДУНАРОДНОЙ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ



Проблемы международной правосубъектности всегда занимали и в настоящее время занимают ведущее место в науке международного права. И это вполне естественно, поскольку международное право регулирует отношения между субъектами международного права, круг которых, будучи связан с важнейшими политическими явлениями международной жизни различ­ных эпох, не оставался неизменным.

В современную эпоху, когда решающее воздействие на все процессы мирового развития оказывают революционные силы, когда изменения в международном праве неразрывно связаны с последствиями развернувшейся в последние десятилетия науч­но-технической революции, удельный вес проблем международ­ной правосубъектности среди основных теоретических вопросов науки международного права неизмеримо возрастает. Подводя итоги четвертьвековой деятельности Комиссии международного права и намечая ее программу на будущее, Генеральный секретарь ООН в Рабочем докладе на первое место поставил проб­лемы международной правосубъектности и прежде всего осве­щение роли государств — основных субъектов международного права в современном международном праве1. В докладе эти вопросы рассматриваются в первую очередь, даже раньше, чем такая остроактуальная проблема, как «Роль права в обеспече­нии международного мира и безопасности». Однако характери­стика основных тенденций развития международной правосубъектности государств дана в докладе в значительной степени опи­сательно, без анализа тех коренных причин, которые влияют на сам процесс прогрессивного развития международного права. Это в известной мере объясняется тем, что сами кодификаторы «представляют различные мировоззрения, являются сторонниками

различных юридических доктрин и школ, воспитаны и обучены в странах с различным общественно-политическим строем»2.

Кроме того, в докладе изложены и другие аспекты международной правосубъектности, такие, как ответственность государств, правопреемство государств и правительств и т. д.3.

Основные элементы международной правосубъектности государств, рассматриваемые в докладе, в той или иной степени несут на себе отпечаток изменений, происшедших в международ­ном праве, общая линия развития которого определяется закономерностями общественного развития. А соответствие принципов и норм международного права закономерностям общественного развития составляет, как верно заметил Г. И. Тункин, критерий их прогресс явного значения4. И то, что Рабочий доклад начинает освещение проблемы положения государств в международном праве с вопросов суверенитета, независимости и равноправия государств,— яркое этому доказательство.

Из доклада явствует, что проблема международной правосубъектности играет большую роль в идеологической борьбе на международно-правовом фронте. Между тем, важнейшие институты международной правосубъектности до сих пор не кодифицированы. Некоторые из них находятся в Программе работы Комиссии международного права и для кодификации их сдела­но немало (правопреемство, ответственность), однако другие даже не включены в Программу на ближайшие годы (призна­ние государств и правительств и т. д.).

В этих условиях, имея в виду коренные изменения, которые происходят в международном праве, учитывая идеологический элемент, присущий вопросам международной правосубъектно­сти, а также практическую важность кодификации международ­ной правосубъектности, исследование основных тенденций раз­вития международной правосубъектности приобретает важное теоретическое и, несомненно, практическое значение.

В коллективной монографии «Международная правосубъектность (Некоторые вопросы теории)», вышедшей в 1971 году, были поставлены и рассмотрены важнейшие теоретические ас­пекты этой актуальной темы. Однако даже тот комплексный подход к исследованию международной правосубъектности, ко­торый был предпринят в этой книге и отмечен рядом рецензен­тов5, все же не позволил коснуться целого ряда теоретических
аспектов международной правосубъектности, которые еще ждут своего решения.

Данная монография продолжает исследование уже постав­ленных в международно-правовой литературе вопросов, связан­ных с международной правосубъектностью, и в то же время ста­вит новые проблемы, делая упор на основные тенденции раз­вития международной правосубъектности в современном меж­дународном праве. Ей тоже присущ комплексный подход, хотя и в несколько ином аспекте, чем коллективной монографии о международной правосубъектности. Понятие комплексности ис­следования не однозначно. Комплексность имеет место и в том случае, когда одна и та же проблема рассматривается с различ­ных сторон специалистами одной и той же отраслевой юридиче­ской науки — в данном случае науки международного права.

Вопросы международной правосубъектности должны соста­вить важный элемент общей части науки международного права. Ибо в такой же степени, в какой общая теория государства и права служит теоретической и методологической основой всех юридических наук, в такой же степени советская наука между­народного права, как отраслевая юридическая наука, должна иметь общую часть, играющую методологическою роль по отно­шению к своей же особенной части.

Современное международное право исследует и изучает нау­ка международного права, занимающая особое место в системе общественных наук.

Как известно, общественные науки классифицируются по-разному. Так, в частности, (полагают, что для всестороннего по­знания общественной жизни во всей ее сложности и многообра­зии необходимы три группы наук:

а) общесоциологическая теория о развитии общества как единого целого — философская наука об обществе;

б) познание истории общества в целом (конкретного про­цесса развития стран, народов и государств) — группа истори­ческих наук;

в) познание конкретных общественных явлений, представ­ляющих собой различные стороны общественной жизни со спе­цифическими особенностями и закономерностями, как «частей» общественного организма — группа конкретных общественных наук6.

К последним и относятся юридические науки, в том числе наука международного права. Разумеется, юридические науки связаны с первой и второй группами наук. Первая группа служит
теоретической основой всех общественных наук, в том числе и юридических, которые тесно связаны и со второй группе: — историческими науками.

Вопрос о месте юридической науки в системе других общественных наук мало исследован и является спорным. В литерату­ре дискутируется вопрос о политической науке и ее связи с юри­дической наукой. По мнению Д. И. Чеснокова, наука о государстве и праве настолько разрослась, что следует говорить о государствоведении как самостоятельной отрасли, входящей со сфе­рой внешнеполитических отношений в особую политическую науку7. Г. С. Остроумов подчеркивает, что в изучении политических явлений усиливается роль теории государства и права и что в настоящее время открываются необозримые перспективы ее развития как политической науки8.

Однако в этих и некоторых других исследованиях, посвящен­ных классификации наук, мало говорится о месте науки международного права в системе общественных наук. В своем докладе «О классификации наук о государстве и праве» О. Ф. Иваненко относит науку международного права к числу специальных пра­вовых наук9. Между тем, в науке международного права есть ряд проблем, которые не укладываются в строгие рамки спе­циальной правовой науки и выходят за ее пределы. Например, соотношение международного права с внешней политикой и дипломатией представляет собой одну из тех проблем, которые имеют весьма серьезное методологическое значение для науки международного права10 и не менее важное значение для тео­рии международных отношений, а также для теории государства и права.

Известно при этом, что теория государства и права на осно­ве изучения государства и права всех времен и народов, всех областей и направлений государственно-правовой действитель­ности определяет их общие и специфические закономерности развития, их основные признаки и существенные, характерные черты11.

Важным методологическим вопросом является и проблема системы юридических наук, а также место науки международ­ного права. Одна из моделей такой системы была предложена в монографии «Международное право: проблемы методологии»,
в которой все юридические науки делятся на четыре группы: а) общетеоретические; б) историко-правовые; в) специальные; г) прикладные12. При этом необходимо отметить, что в боль­шинстве конструкций система юридических наук в той или иной степени отличается соотношением науки международного права с другими юридическими науками.

Тесная связь советской науки международного права и так называемых отраслевых юридических наук объективно отражает соотношение международного и внутригосударственного права с учетом специфических признаков международного права как особой отрасли и особой системы права.

Исследование вопросов международной правосубъектности с точки зрения общей теории государства и права, а также дру­гих юридических наук, дает возможность прийти к широким теоретическим выводам и обобщениям. Общая теория государства и права выступает своего рода теоретической основой правовых дисциплин и выполняет некоторые методологические функции по отношению к ним, в том числе и к международному праву. Ее методологический характер можно рассматривать в един­стве двух сторон: выработки понятий и категорий, новых спо­собов исследования государственно-правовых явлений и их непосредственного применения13. В своих теоретических выводах теория государства и права охватывает многообразие и спе­цифику отдельных отраслей права. Выступая как бы их опорой, она позволяет выявить особенности рассматриваемых проблем.

Анализ различных аспектов доктрины международной правосубъектности показывает, что весь процесс исследования проблем международного права, включая вопросы международной правосубъектности, базируется на нерушимой основе — материалистической диалектике. Только этот метод исследования открывает возможность правильного теоретического решения сложнейших проблем международной правосубъектности,
впрочем, как и всех других проблем современной науки международного права. Другие методы (общенаучные, специальные, частнонаучные) также должны применяться, но лишь при одном непременном условии: любой из них должен основываться на материалистической диалектике, как главном методе исследо­вания 14.

Применение буржуазными учеными общенаучных методов в так называемом «чистом» виде приводит к несостоятельным выводам. В этом отношении особенно примечателен системно-функциональный анализ, модный в современном буржуазном правоведении. В качестве примера достаточно сослаться на известную работу В. Фридмана «Изменяющая структура меж­дународного права», в которой автор, применяя структурно-функциональный метод, доказывает, что международные юри­дические отношения распространяются за пределами государств и охватывают не только международные организации, но и ча­стные корпорации, отдельные группы и индивидов. Ратуя за усиление монополистических корпораций на международной арене, В. Фридман одновременно отрицает юридическое значе­ние принципа суверенитета в международном праве15.

Значительное место в буржуазной доктрине международного права отводится концепции международной правосубъектности физических лиц. Теории «радикального монизма» (Дюги, Ссель, Политис), «интернационализации международного права» или «индивидуализации» (Ф. Джессеп), «персонификации между­народного правопорядка» (О'Коннелл), обосновывая междуна­родную правосубъектность индивидов и других образований, расширяют понятие международной правосубъектности, распро­страняя ее на все лица, попадающие под действие норм между­народного права.

Реакционность теории «интернационализации международ­ного права» (транснационального права) состоит в том, что субъектами международного права помимо индивидов объяв­ляются различные межимпериалистические объединения и даже агрессивные блоки. Авторы подобных концепций пытаются уза­конить практику империалистических государств, которая не соответствует основным принципам и нормам международного права. При этом они отрицают государственный и национальный суверенитет, объявляя его анахронизмом.

Гносеологические корни подобных теорий лежат в непра­вильном, идеалистическом толковании соотношения междуна­родного и внутригосударственного права, согласно которому право суверенных государств хотя является важной частью меж­дународного права, но все же только частью. Выступая в поддержку

концепции превращения международного права в «транснациональное право», И. Кунц толкует само понятие международной правосубъектности. Касаясь влияния на меж­дународное право интеграционных процессов, особенно запад­ноевропейской интеграции, он ставит вопрос о международно-правовом статусе как международных корпораций, так и служа­щих различных западноевропейских учреждений. При этом И. Кунц полагает, что именно системный подход в науке между­народного права может по-новому осветить глобальные изме­нения в современном международном праве и по сути дела обосновать международную правосубъектность новых элементов в современном международном праве.

Подход ряда буржуазных юристов-международников к воп­росу о возникновении новых государств — субъектов междуна­родного права свидетельствует о кризисе буржуазной теории международной правосубъектности, кризисе, носящем хрониче­ский характер. Подтверждением этого, в частности, является модная на Западе конститутивная теория признания, извра­щающая действительно существующую юридическую связь меж­ду правосубъектностью нового государства и его международ­ным признанием.


следующая страница >>