microbik.ru
  1 ... 16 17 18 19 20

9.4. Проблема политического партнерства полов
Как уже указывалось, несмотря на то, что женщины доминируют как профессионалы в таких сферах, без развития которых общество трудно назвать современным (образование, здравоохранение, социальная работа, общественные науки, бухгалтерский учет, культура, сфера услуг), ни в одном обществе женщины не располагают теми же возможностями, что и мужчины. В "Докладе о развитии человека за 1995 год", подготовленным ООН, отмечается, что "наиболее устойчивыми, несмотря на неустанную борьбу за равенство возможностей мужчин и женщин, оказались различия между ними. Женщин по-прежнему продолжает преследовать угроза физического насилия; женщины составляют 70% неимущих, 2/3 неграмотных людей в мире; занимают лишь 14% управленческих должностей, 6% постов в кабинетах министров, не более 11% мест в парламентах".

Представляя социальное меньшинство в политике, женщины в современном мире почти не влияют на принятие решений в вопросах экономического развития, распределения ресурсов, безопасности государства, дипломатии, то есть они не влияют на формирование политики, от которой зависит их собственная судьба. Превалирующее большинство таких решений принимается довольно небольшой частью населения - мужчинами среднего и старшего возраста. Именно их опыт доминирует в политике и политических структурах.

Именно этот вопрос о роли женщин в политике и их влиянии на формирование политических приоритетов был одним из ключевых на IV Всемирной конференции женщин в Пекине осенью 1995 г. Хотя вопрос о политическом партнерстве женщин и мужчин в обществе подняла еще в 1792 году Олимпия де Гуж, автор "Декларации прав женщины-гражданки". Текст весьма актуален и сегодня: "Из общности мужчин и женщин состоит нация, на которой покоится государство; законодательство должно быть выражением воли этой общности. ...Все гражданки и все граждане должны, сообразно с их способностями, иметь одинаковый доступ ко всем общественным должностям... Разве мы (женщины) никогда не примем деятельного участия в формировании общества?".

Тревога была не случайной, ибо идея и практика народного правления, зародившиеся в древнем Афинском полисе, изначально не предполагали участия женщин - не граждан. Великий культурный Ренессанс, революции и билли о правах ориентировались только на мужчин. Демократические призывы "Свобода. Равенство. Братство" и даже "Декларация прав человека и гражданина" были обращены не к женщинам.

Политические философы призывали к равенству в правах только один пол - мужскую половину человечества. Хотя Д.Локк, основатель либерализма, утверждал, что все люди равны и свободны, тем не менее он исходил из того, что только мужчины являются участниками общественного договора: ". .поскольку необходимо, чтобы окончательное решение, то есть руководство, было возложено на кого-либо, то оно, естественно, падает на долю мужчины как более способного и более сильного". Более того, Г.В.Ф.Гегель считал, что "если женщина находится во главе правительства, государство находится в опасности, так как они действуют не согласно требованиям всеобщего, а исходя из случайной склонности или мнения. К женщине образование приходит неведомыми путями, больше из жизни, чем посредством приобретения знаний, тогда как мужчина достигает своего положения только посредством завоеваний мысли и многих технических усилий".

Лишь с конца XIX века начался процесс предоставления права голоса женщинам наравне с мужчинами. В Скандинавских странах некоторые юридические препятствия для участия женщин в общественной жизни начали устраняться еще в середине прошлого века. Первой страной, предоставившей женщинам право голоса, была Новая Зеландия (1893г.). К 1940 году таких стран было уже 26, Россия в этом списке была шестой после Австралии, Финляндии, Норвегии, Дании и Исландии.

Но наибольший прогресс в обретении равного избирательного права для женщин был достигнут после второй мировой войны. В настоящее время женщины имеют это право везде, кроме шести стран на Среднем Востоке (Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты) и республики Бруней на юге Азии.

Однако проблема женского лидерства и женско-мужского партнерства в политике, даже в странах демократически ориентированных, остается нерешенной. Следующие факты об участии женщин в работе парламентов ряда стран, полученные Успенской В.И., наглядно демонстрируют это: Франция, Греция, Албания - около 6% от общего числа законодателей, Бельгия, Великобритания, Португалия, Израиль - около 9%, Россия, США -около 10%, Венгрия, Ирак - около 11%, Болгария, Польша - 12%, Италия, Испания, Аргентина - около 16%, Канада, Швейцария - 18%, Германия - около 22%, Нидерланды - 31%, Дания - около 33%, Финляндия, Норвегия - 39%, Швеция - около 45%. Причем в большинстве стран эти цифры не изменялись с 1970 года, и только женщины четырех Скандинавских стран и Нидерландов за прошедшие годы более чем удвоили свое политическое представительство.

В нашей стране не только не увеличивается, а достаточно ощутимо сокращается представленность женщин в высших органах власти, о чем свидетельствует следующая статистика: выборы 1989 года народных депутатов СССР - 15% женщин (еще существовала квота в 70 человек от Комитета Советских женщин), выборы 1990 года народных депутатов РФ -уже 5% женщин, выборы 1993 года в Федеральное собрание - 9 % женщин. По итогам выборов декабря 1995 года в Государственную Думу избрано 46 женщин из 450 депутатов, что составляет 10,2 %.

Но женщины являются аутсайдерами в политической сфере не только потому, что более заняты в быту и в семье или бедны для проведения политических кампаний, так как рычаги власти и финансы, в основном, в руках мужчин, или из-за социальной дискриминации женщин. На пути женщин к политическому лидерству серьезную роль играют препятствия, связанные с социализацией полов: большинство людей не видит в низком политическом статусе женщин социальной дискриминации.

Кроме того, изучение общественного мнения по вопросу участия в политике обнаружило, что среди самих женщин, не говоря уже о мужчинах, довольно сильные позиции имеют убеждения, что политика, и даже изучение политики, - не женское дело. Такая самодискриминация, на наш взгляд, совсем не удивительна, ибо классический женский стереотип не включает в себя идею лидерства, уверенности в себе, решительности, и хотя положение женщин во многих странах мира меняется к лучшему, культурные стереотипы преодолеваются с трудом и ограничивают возможности политического партнерства полов. Более того, процесс политизации женского сознания в перестроечный период сменился разочарованием в политике, падением доверия ко всем партиям и политическим движениям, убеждением, что политика, в большинстве случаев, слишком "грязное и беспринципное" занятие. Если в 1990 году по результатам женского общественного мнения, участвовали в работе тех или иных партийных организаций или оказывали им поддержку 49% опрошенных, то уже в 1995 году состояли в различных партиях не более 2-3% респондентов, а 87% из них заявляли, что "ни в какую партию вступать не желают". В настоящее время эти показатели еще ниже: не более 1 и 95% соответственно.

Массовое женское сознание также не приемлет идеи создания самостоятельных женских партий, хотя они уже возникали под различными наименованиями. Косвенные данные подводят к выводу о том, что для женского социума более перспективен путь, доказавший свою жизнеспособность на опыте феминизма - развитие политической активности и •становление гражданской позиции женщин через их участие в деятельности смешанных по полу политических партий.

Учитывая расслоение женщин по социальным, политическим, профессиональным признакам, Г.Г.Силласте выделяет несколько моделей женского электорального поведения: аполитично-конформистскую, политически ориентированную, индифферентную, абсентеистскую. Женщины, Уклоняющиеся от участия в голосовании, в России - явление массовое. В основе этого типа поведения - резкое падение уровня социального оптимизма такая психологическая черта, как фатализм, обрекающий на гражданскую и политическую пассивность и бездействие.

Следует отметить, что по данным исследований, модели мужского электорального поведения очень близки к перечисленным. Наиболее широко представлены первая и третья модели, вторая модель так же немногочисленна, как и среди женщин. В то же время абсентеизм среди мужчин не настолько распространен по сравнению с женщинами.

У россиян, и у мужчин, и у женщин, представления о лидере традиционно связаны с "сильным" мужчиной - волевым, решительным, представительным. Не удивительно, что одна из характерных особенностей женского электорального поведения - недоверие избирательниц политическим лидерам-женщинам. Кроме того, женщины в большей мере, чем мужчины, сторонницы авторитарного стиля руководства на всех уровнях, хотя и недовольны подавлением как следствием этого стиля, что достаточно противоречиво. Поддержкой и мужчин, и женщин в России пользуется преимущественно харизматический тип лидера, которому приписываются исключительные личные качества, а либерально-компромиссное поведение руководителя нередко отождествляется с нерешительностью, безволием, слабостью. Однако тенденция к персонализации власти наиболее полно проявляется не в женском, а в мужском поведении. Объясняется это, на наш взгляд, более развитой у мужчин установкой на самоценность карьеры как неотъемлемого элемента личностного самоутверждения.

Кроме того, "нормативно" низкая политическая активность женщин в российском обществе имеет и особые причины. В недалеком прошлом при участии в политике, которое было обеспечено социальными квотами, предполагалось воспроизведение традиционной женской роли - социальной защиты. Вопросы семьи, материнства и детства - основные предметы политической деятельности женщин. Такой феномен мы наблюдаем не только в России. В 1960-е годы, когда впервые стало фактом массовое участие женщин Скандинавии в политической деятельности, "социальное материнство" стало ведущей сферой их политической активности.

Однако оценка сфер политической деятельности, за которые несут ответственность женщины, как второстепенных, относительна. Вопросы здравоохранения, социального обеспечения, экологии выдвигаются на передний план в связи с изменением ценностей постиндустриального общества. Соответственно, в новом контексте оказывается, что женщины ответственны за важнейшие сферы жизнедеятельности.

Без сомнения, дальнейшее изучение проблемы женского политического и экономического поведения, а также лидерства нуждается в комплексном подходе со стороны философов, социологов, психологов, политологов и экономистов.

9.5. Гендерная политика и законодательство
В любом случае, в основе любой концепции улучшения положения женшин должно лежать не только представление о том, что плохо в их нынешнем положении, и какие бы мы хотели видеть изменения, но и понимание причин нынешнего неблагоприятного положения женщин и реальных возможностей, механизмов и рычагов устранения этих причин или смягчения их последствий.

Подытожив вышесказанное, можно отметить, что эти причины достаточно очевидны. Это, во-первых, свойственная любой экономике тенденция привлекать женскую рабочую силу в период роста и вытеснять ее с рынка рабочей силы в периоды спада. Во-вторых, дискриминация женщин по причине предубеждений. В-третьих, объективно низкая конкурентоспособность женщин на рынке труда, так как женщины на протяжении десятилетий больше зависели от рушащейся в условиях реформ системы социальных гарантий и в своем большинстве были привязаны к бюджетным сферам экономики, а также менее склонны к профессиональной мобильности, испытывая двойную нагрузку - на производстве и в семье.

Соответственно, понимание этих факторов и определяет стратегии улучшения положения женщин, что, безусловно, следует признать общегосударственной проблемой. Любая государственная политика в отношении женщин может складываться, по мнению специалистов, только из трех компонентов в том или ином сочетании: компенсации их объективно сложного положения на рынке труда (с учетом огромной важности для общества других функций, выполняемых женщиной), борьбы с дискриминацией женщин и мер по повышению их объективной конкурентоспособности в сфере занятости.

Следует отдавать себе отчет, что при нынешнем положении дел меры государственного принуждения не заставят работодателей поступать вопреки собственным интересам. Чтобы работодатель брал на работу женщину, он либо должен быть уверен, что женщина будет на данном рабочем месте трудиться лучше, чем мужчина, из-за необходимости компенсировать более высокие требования к охране труда женщин и социальным льготам, либо женщина должна соглашаться на дискриминацию - заведомо более низкую оплату труда, либо принятие на работу женщин должно сопровождаться для предпринимателей достаточно весомыми экономическими льготами.

Очевидно, что все меры должны быть тщательно дифференцированы по срокам. Например, в пределах полутора-двух лет никакие меры по повышению конкурентоспособности женщин не дадут прямого эффекта. Как показывает практика, это время "нулевого цикла" мер по изменению структуры спроса и предложения на рынке труда. В этот период основной непосредственный эффект могут дать лишь меры прямой поддержки: пособия, льготы и т.д. С определенного момента удельный вес этих мер должен меняться.

Как уже отмечалась, одной из причин низкой конкурентоспособности женщин в период напряженности на рынке труда являются те немногие социальные льготы, которые у них остались. К сожалению, реальное положение экономики таково, что от многих таких льгот придется отказаться, тем более, что реально они не действуют: безработные женщины их не получают, а работающие все чаще отказываются от них ( добровольно или принудительно) из-за угрозы потерять работу. Законодательство от этого защитить не может, так как работодатель все равно найдет возможность избавиться от неэффективного работника, а сама возможность судебного вмешательства побудит его предпочесть женщине мужчину. Видимо, имеет смысл оставить лишь те льготы, которые государство в состоянии финансировать из собственного бюджета.

В числе особо актуальных мер - развитие и расширение профессионального переобучения и переподготовки в соответствии с требованиями рынка, хотя, безусловно, это касается не только женщин, но и мужчин. Однако простое выделение средств на организацию профессионального обучения может и не привести к ожидаемым результатам, так как необходима специальная информация о том, как сменить сферу деятельности и какую сферу выбрать, как устроиться на работу, начать свое, пусть самое маленькое дело и т.д.

Кроме того, необходимы специализированные программы переподготовки, учитывающие особенности некоторых групп женщин и мужчин: например, особые программы для женщин с маленькими детьми и отцов-одиночек, а также достаточно надежные тесты профессиональных возможностей и квалификации, использование которых должно быть законодательно закреплено при приеме на работу. Эти тесты должны, с одной стороны, разрушить предубеждения о принципиальной неспособности женщин выполнять те или иные виды работы, с другой - уменьшить опасения работодателей, позволив им выбирать действительно компетентных и профессионально пригодных работников. Зато отказ в работе женщине, успешно прошедшей такие тесты, уже может служить основанием для обвинения в дискриминации, что послужит определенной социальной гарантией действительно компетентным работникам. Положительный опыт Запада в этой сфере, адаптированный к нашей российской действительности, может послужить прекрасным примером реализации этой, уже далеко не новой, но практически не использованной в России идеи.

Крайне необходима разработка программ по выравниванию уровней оплаты труда мужчин и женщин, профилактике насилия на рабочем месте, оценке вклада неоплачиваемого труда, который еще не включен в систему национальных показателей. Все это делается в странах Европы и Америки.

Еще одним разделом политики занятости в настоящее время должно являться субсидирование и поддержка работодателей, сохраняющих или открывающих рабочие места, особенно для женщин, а также не просто охрана труда женщин, а повсеместное создание нормальных условий труда на производстве в целом. Например, средства, направленные на улучшение условий труда, должны рассматриваться как средства на развитие предприятия и не должны облагаться налогом на прибыль.

Все перечисленные меры кратко- и среднесрочного характера. Однако радикально они не решат всех указанных проблем, так как наше общество сильно запаздывает в переходе к постиндустриальной фазе развития. Создание условий для такого перехода должно стать одной из основных задач государственной экономической и социальной политики, что, как показывает мировой опыт, открывает наилучшие возможности для приложения женского труда там> гДе он действительно более чем конкурентоспособен (инфраструктура бытовых и деловых услуг, информационного обслуживания, сфера образования, дошкольных и внешкольных учреждений и т.д.).

Наконец, одной из причин, которую называют одним из главных препятствий к повышению эффективности экономики, является информационный голод, причем мы часто даже не осознаем этого, в то время как существование систем электронной почты и информационных сетей типа ИНТЕРНЕТА предоставляет огромные возможности для решения проблем занятости, что давно используют в странах, перешедших к информационной фазе техногенной цивилизации.

Возвращаясь к вопросу политического партнерства, нельзя не отметить, что именно женщины, ощущая на себе все изменения в экономике, должны принимать участие в создании гуманной, социально ориентированной политики.

Рост женского самосознания сначала на Западе, а затем и у нас в России, осознание своей роли как субъекта исторического процесса совпадает по времени с изменениями традиционных представлений не только о назначении мужчин и женщин, но также о смысле таких понятий, как власть, политика, демократия, лидерство. Растет убеждение в том, что политика - слишком общее дело, чтобы оставить ее исключительно мужской прерогативой. Весьма показательно в данном контексте постоянное увеличение количества женщин в Вооруженных Силах и министерствах США. Не случайно, именно страны с самым высоким уровнем жизни имеют самый высокий процент участия женщин в правительстве.

Безусловно, у женщин России впереди длинный и сложный путь одоления новой стези (политики и экономики), который уже прошли женщины Запада. Показателен тот факт, что на пост госсекретаря США в годы правления Б.Клинтона была назначена Мадден Олбрайт - как итог долгого отсутствия женщин на политической арене.

Исследования в разных странах фиксируют, что женщины хотят делать нравственную политику. Под этим понимается ненасильственная политика, соответствие средств тем высоким целям, которые декларируются в программных документах; цель такой политики - не завоевание власти над кем-либо, а использование ее для улучшения жизни людей, сосредоточения на проблемах равенства, развития, мира. Более того, переопределяется само понятие власти: власть как сила постепенно сменяется пониманием власти как с°зидательной человеческой деятельности, и если эти тенденции уже Достаточно сильны на Западе, то и в России, пусть не сразу, постепенно эти взгляды находят своих сторонников.

Можно с уверенностью сказать, что гендерная социализация в профессиональной и политической сферах носит ярко выраженный асимметричный характер: во-первых, в этих сферах проявляется практически неприкрытая дискриминация по признаку пола, причем большинство российских мужчин и женщин считают ее чисто женской проблемой или в силу сложившихся стереотипов не считают проблемой совсем; во-вторых, социализация женщин в различных странах мира, в том числе в России, происходила и происходит таким образом, что у большинства не возникает особых амбиций по поводу карьерных и политических устремлений, а политика и политическое поведение связываются в общественном сознании с маскулинными качествами и чисто силовой борьбой за власть.

Однако во всем мире позитивные изменения в положении женщин являются критерием социальной устойчивости и экономического роста. Поэтому вопрос о правах женщин необходимо коррелировать с политикой равных возможностей, которая должна реализовываться национальными механизмами - действиями специальных органов, уполномоченных государством заботиться о повышении социального статуса женщин.

Наконец, стоит задуматься о том, что катастрофически снизилась средняя продолжительность жизни у мужчин, растет криминализация мужского населения молодого и среднего возраста. В результате можно предположить, что в ближайшие годы Россия сможет эффективно развиваться только при опоре на женский труд.

Все чаще высказываются мнения, что женское вмешательство в политику поможет ограничить силовые позиции власти, что непредставленность женщин на уровне принятия решений в экономике и политике несовместимо с демократическим идеалом. Специалисты вводят понятие "феминизация власти", отмечая не только процесс постепенного увеличения численности женщин во властных структурах, но и процесс обращения всего мира к «женским» проблемам, которые совсем недавно стали считать общечеловеческими.

<< предыдущая страница   следующая страница >>