microbik.ru
1
Е.С. Арефьева.

Старший преподаватель.

ПАГС.

Тенденции развития научного текста.

Особенности и механизмы функционирования текста в целом, а также научного текста в частности
постоянно привлекают внимание лингвистов, работающих
в разных областях языкознания. Дело в том, что научные исследования неразрывно связаны как с процессом текстообразования, обладающего целой системой специфических характеристик, так и с определенными принципами речепостроения. В данном случае стоит подчеркнуть, что «текст» - довольно емкое понятие. Интересно отметить, что по подсчетам Ю.А. Сорокина существует около 250 различных определений «текста». Возможно, это свя­зано как со сложностью и многоаспектностью самого понятия, так и с многообразными аспектами его рассмотрения в разных областях знания. Стоит отметить, что текст сегодня изучается различными науками: психологией и социологией, философией и историей, лингвистикой и литературоведением и т.д. Например, с позиций семиотики текст – это осмысленная последова­тельность любых знаков. Текстом в та­ком случае является не только словесное произведение, но и про­изведение музыки, живописи, архитектуры и т.д. Это широкая трак­товка текста [1, с. 8].

С точки зрения научного текста, для нас представляет интерес рассмотрение понятия «текст» главным образом в рамках функциональной стилистики. Вслед за Е.А.Баженовой и М.Н. Кожиной, мы полагаем, что функциональная стилистика во многом опирается на положения лингвистики текста и лингвосоциопсихологии, синтезирует их идеи и в то же время обогащает понятие смысловой структуры текста новым содержанием. [2, с. 18]. Дело в том, что текст нельзя исследовать и изучать вне его смысловой, содержательной стороны, невозможно не учитывать целый ряд его коммуникативных параметров: замысел, концепцию, цель общения, фонд знаний коммуникантов, субъекта речи, адресата и др., а на поверхностном уровне – текстовую организацию, композицию, принципы и приемы развертывания текста, обусловливаемые указанными и другими экстралингвистическими факторами. В этой связи представляется плодотворным привести мнение лингвиста И.Р. Гальперина о том, что текст как произведение речетворческого процесса может быть под­вергнут анализу с точки зрения соответствия/несоответствия каким-то общим закономерностям, причем эти закономерности должны рассматриваться как инварианты текстов каждого из функциональных стилей. Только такое индуктивное исследование поможет определить общую типологию текста. [3, c.18]. В данном случае интересным, хотя и несколько дискуссионным, на наш взгляд, представляется мнение ученого о так называемой «правильности» текста. С одной стороны, спорным, на наш взгляд, представляется тот факт, что текст считается «правильным» при обязательном наличии заголовка. Но с другой стороны, под правильностью также понимается литературная обработанность текста, характерная для данного функционального стиля, на­личие сверхфразовых единиц, объединенных разными, в основном логиче­скими типами связи, наличие целенаправленности и прагматической установки. Данное утверждение наиболее применимо именно к научным текстам, обладающих четкой системной структурой. Системность как одну из основных характеристик научного текста признают также и многие другие ученые: Е.А. Баженова, Е.В. Сидоров, М.Н. Кожина и др. Наиболее оптимальной в этой связи является, по нашему мнению, характеристика научного текста, данная Н.Н. Клеменцовой. По мнению ученого, весь текст, его параметры и элементы упорядочиваются автором таким образом, чтобы создать максимально гибкую и информационно богатую структуру, последовательно реализующуюся в акте коммуникации в соответствии с интенцией автора. Смысловая и формальная сторо­ны организации текста по этой причине не хаотичны, не случайны, а проявляют определенные закономерности. [4, с.34]

Возвращаясь к определению текста И.Р. Гальперина, интересно отметить, что лишь письменную речь можно считать текстом. Он утверждает, что все характеристики устной речи противопоставлены характеристикам текста. Текст, по его мнению — не спонтанная речь; он лишь имплицитно рассчитан на слуховое восприятие; он не только линеен, он не только движение, про­цесс — он также стабилен, в то время как, поступатель­ное движение устной речи придает ей признак нестабильности.[3, с.19] Тем не менее, многие ученые не отрицают факт существования устной формы текста (Н.С. Болотнова, Е. Косериу, А.А. Залевская и др.). Например, лингвист И.П. Сусов считает правомерным использование термина «текст» по отношению не только к письменной, но и к устной речи, а также при трактовке текста как средства динамического взаимодействия коммуникантов. [5, с. 25] По мнению А.А. Залевской, в этой связи отмечается тенденция в последнем из названных случаев пользоваться термином «дискурс», в то время как за термином «текст» закрепляется функция фиксации дискурса в целом или на каком-то этапе его развертывания. Отсюда вытекают раз­личия между лингвистикой текста и анализом дискурса: последний направлен на сиюминутный аспект актуального коммуникативного события, в то время как текст принадлежит истории. [6, с.13]. В.И. Карасик дает определение дискурса как текста, погруженного в ситуа­цию общения. [7, с.5]. Однако многие ученые настаивают на том, что понятие дискурса не идентично понятию текста. В данном случае, мы разделяем точку зрения лингвистов Н.С. Болотновой и В.В. Красных о том, что дискурс является более широким понятием, нежели текст, который выступает как элементарная единица дискурса, а дискурс, в свою очередь, отражает речевое поведение личности во всем многообразии его проявлений. Хотя, термин «дискурс», как он понимается в современной лингвистике, и близок по смыслу к понятию «текст», однако подчеркивает динамический, разворачивающийся во времени характер языкового общения; в противоположность этому, текст мыслится преимущественно как статический объект, результат языковой деятельности. [1, с. 9].

Однако, на наш взгляд, приведенное выше понимание дискурса не является достаточным. Постараемся проанализировать понятие дискурса более подробно, так как во многих современных лингвистических работах понятие «дискурс» постоянно коррелирует с понятием «текст».

Впервые термин «дискурс» был употреблен в названии статьи «Дискурс-анализ» американского лингвиста З.Харриса, опубликованной в 1952 году. Однако в полной мере этот термин был востребован в лингвистике примерно через два десятилетия. В лингвистической литературе существует несколько точек зрения по поводу проблемы дискурса. Некоторые ученые полагают, что данный термин появился с целью уточнения и развития традиционных понятий речи, текста и диалога. С одной стороны, дискурс мыслится как речь, вписанная в коммуникативную ситуацию и в силу этого как категория с более отчетливо выраженным социальным содержанием по сравнению с речевой деятельностью индивида; по афористичному выражению Н.Д.Арутюновой, «дискурс – это речь, погруженная в жизнь» [8, с. 85]. С другой стороны, по мнению А. Кибрика, реальная практика современного (с середины 1970-х годов) дискурсивного анализа сопряжена с исследованием закономерностей движения информации в рамках коммуникативной ситуации, осуществляемого, прежде всего через обмен репликами; тем самым реально описывается некоторая структура диалогового взаимодействия, что продолжает вполне структуралистскую линию, начало которой как раз и было положено З. Харрисом.[9, с.1] В данном случае считается необходимым отметить, что обе точки зрения на проблему дискурса представляются нам более чем спорными. Что касается первого утверждения, то на наш взгляд, речь не может существовать вне коммуникативной ситуации. Что касается второго мнения, то в данном случае дискурс возможен только при наличии диалога либо полилога, то есть обмена репликами. Но, по нашему мнению, постановка знака равенства между диалогом и дискурсом невозможна, так как, исходя из анализа лингвистической литературы, последний является более широким понятием. На самом деле, единого мнения по поводу определения дискурса среди лингвистов нет. Некоторые сравнивают его с речью (Н.Д.Арутюнова), некоторые с текстом (В.И. Карасик), кто-то говорит о нем как о диалоге (З. Харрис) и т.д. Но, интересно отметить, что в приведенных выше точках зрения на счет дискурса фигурирует такое понятие как коммуникативная ситуация. Исходя из этого, на наш взгляд, представляется возможным сравнить дискурс с коммуникацией как совокупностью всех ее компонентов: языка, речи, диалога, текста.

Говоря непосредственно о научном дискурсе, нельзя не отметить такую категорию как адресованность. Ведь автор любого научного текста стремится наряду с развитием определенных научных идей вызвать у читателя желание принять эти идеи и вступить в скрытую или явную дискуссию с автором создаваемого текста и авторами других текстов в аналогичной научной области. Как уже отмечалось выше, дискурс – это довольно емкое понятие и, в данном случае, достаточно интересным, на наш взгляд, является мнение ученого В. Е. Чернявской о том, что под дискурсом понимается совокупность тематически соотнесенных текстов: тексты, объединяемые в дискурс, обращены, так или иначе, к одной общей теме. Содержание дискурса раскрывается не одним отдельным текстом, но интертекстуально, в комплексном взаимодействии многих отдельных текстов. [11, с.16-17]. С такой точки зрения, дискурс представляет собой комплексную взаимосвязь многих текстов, функционирующих в пределах одной и той же коммуникативной сферы. В данной связи, плодотворным было бы отметить такую отличительную черту научного дискурса, как упоминание автором научного текста идей и высказываний других ученых. В данном случае можно говорить о научной дискуссии в рамках одного текста.

Подводя итог вышесказанному, следует отметить, что научный текст находится в постоянном развитии. Появляются новые характеристики текста, дополняющие упомянутые ранее, а порой и противоречащие им. Таким образом, проблема научного текста требует пристального внимания для более четкого определения его особенностей и тенденций развития.

Библиографический список.

  1. Болотнова Н.С. Основы теории текста. Пособие для учителей и студентов филологии. Томск, 1999.

  2. Баженова Е.А. Научный текст в аспекте политекстуальности. Пермь, 2001.

  3. Гальперин И.Р.Текст как объект лингвистического исследования. М., 1981.

  4. Клеменцова Н.Н. Текст: смысловая структура и структура понимания // Проблемы семантики и прагматики: Сб. науч. тр. Калининград, 1996.

  5. Сусов И.П. История языкознания. Тверь, 1999.

  6. Залевскя А.А. Текст и его понимание. Тверь, 2001.

  7. В.И. Карасик. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. Волгоград, 2002.

  8. Арутюнова Н.Д. Дискурс. – ЛЭС. М., 1990.

  9. Кибрик А. Дискурс. http://www.krugosvet.ru/articles.

  10. Чернявская В.Е. Дискурс как объект лингвистических исследований // Текст и дискурс. Проблемы экономического дискурса: Сб. науч. ст.- СПб., 2001.