microbik.ru
1 2 ... 20 21
ПОЧЕМУ НУЖНО, ЧТОБЫ ЭТА КНИГА БЫЛА

13 июня

 

Сегодня был чертовски трудный день. Среда, тринадцатое. Много плохих новостей, хозяйка квартиры повысила квартплату и прочее... Но лучшее, что сегодня было: это я сегодня поспорил с другом и проспорил. Имеется в виду спор, когда пожимают руки и разбивают. Препираюсь я частенько, а вот не спорил давно. Сидели с товарищем, пили кофе и заспорили по поводу одного фильма. Я утверждал, что этот фильм снимал Ким Ки Дук, а он — что Такеши Китано. Фильм тот мне не понравился, поэтому я думал, что снимал Ким Ки Дук. И мы поспорили. Товарищ предложил, чтобы проигравший вышел на Спиридоновку и поцеловал первую встречную женщину. Обязательно первую встречную и обязательно поцеловал. Я тут же согласился, потому что был уверен, что выиграю. Позвонили знатокам... И я пошел на Спиридоновку. Не могу сказать, что я сильно боялся, просто настроение было не целовальное. А друг шел за мной, как волк. И злорадно наблюдал. Он полагал, что это очень сложное задание. Народу в три часа дня на Спиридоновке мало. А женщин не было вовсе. И вот наконец-то появилась издалека дама в годах, с прической и в темных очках. Да, и вся в черном. Я пошел ей навстречу и спросил: «Можно ли вас поцеловать?» Она от меня шарахнулась и спросила с сильным акцентом говорю ли я по-английски. Задача усложнилась и тем самым меня обрадовала. Тогда я ей сказал на своем вполне среднем английском, что я сегодня очень счастлив и мне просто необходимо ее поцеловать. Потому что я так загадал. Она спросила: «Are you really happy?» Я сказал: «Да! Очень». Тогда она сказала: «Come on». Я поцеловал ее три раза. В щеки, разумеется. Она спросила, почему три, а я ей ответил: «Вы что, забыли, мы в России!» Она посмеялась, пошла было восвояси, прошла три шага, остановилась, повернулась и без разговоров поцеловала меня в щеку. И ушла не оглядываясь и помахивая рукой. Мой друг был счастлив оттого, что выиграл. Я был счастлив оттого, что проиграл. Англичанка, наверное, была счастлива оттого, что встретилась с непостижимой русской душой.
Это я все к тому, что препираться не стоит, а поспорить с товарищем можно. Разыграть кого-нибудь. Выдумать что-нибудь бессмысленное и бесполезное, шалить. Особенно в неприятные, длинные и наполненные плохими новостями дни.
 
ИЗ-ЗА ЧЕГО СТОИТ СПОРИТЬ, А ГЛАВНОЕ – ЗАЧЕМ СПОРИТЬ. РАССКАЖИТЕ О КАКОМ-ТО ОТЧАЯННОМ СПОРЕ.
9 июля

У меня наконец-то нашлась общая любовь и интерес с моей дочерью Наташей. Ей одиннадцать лет, скоро двенадцать. И у нас есть НАША тема. Это творчество великого и прекрасного Хайо Миядзаки, японского художника и автора мультфильмов. Люди моего возраста и немного помоложе, наверняка помнят японский мультфильм «Корабль-призрак». Я посмотрел тогда тот мультфильм раз, наверное, пятнадцать. Первый раз — с отцом. И папа пошел со мной смотреть его еще один раз. И это на некоторое время было НАШЕЙ темой. Мне тогда было лет десять-двенадцать, точно не помню. Для меня было очень важно, что папе интересно то, что так интересно мне. И еще я видел, что ему тоже очень нравится. А теперь у нас есть НАША тема с дочерью.
Долго я пренебрежительно относился к аниме, разным манга и прочим покемонам. И даже подумывал о том, чтобы запретить дочери смотреть бесконечные мультфильмы про людей с большими глазами. Но пару лет назад увидел фильм «Унесенные призраками» (вариант перевода «Унесенные духами»). И все. Полюбил. Изучил все творчество. У него не очень большая фильмография, у этого Миядзаки. Но также есть выдающиеся картины, сделанные им вместе с учениками. Не все одинаково сильно, но все прекрасно. Очень странно. Иногда странно так... ну, то есть очень странно. Но всегда прекрасно. Особенно фильм «Это было еще вчера» (вариант перевода «Капельки воспоминаний»), в переводе Гаврилова. Аналогов этому фильму, наверное, нет. Ну, может быть, наш старый черно-белый фильм «Сережа», который снимал совсем молодой Данелия. У Миядзаки герои всегда девочки, от пяти до тринадцати-четырнадцати. Я не видел, чтобы так точно кто-то смог передать суть жизни маленькой девочки. На третьей минуте фильма забываешь, что это делали японцы про японцев.


О СУТИ ЖИЗНИ МАЛЕНЬКОЙ ДЕВОЧКИ, НАСКОЛЬКО ЕЕ МИР ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ МАЛЬЧИШЕЧЬЕГО МИРА

16 июля

Я почти закончил книгу «Следы на мне». Обычно я пишу зимой. И новые спектакли делаю зимой. Впервые так усиленно и долго работаю летом. Чувствую, как лето не совпадает с писательским трудом. Есть все время грустное ощущение того, что лето утекает сквозь пальцы. А нужно что-то делать летнее, веселое. Но я тут же задаю себе вопрос: а что летнего, веселого ты хочешь? Рыбалку? Нет. Футбол? Нет. Что, что ты хочешь? И сам себе отвечаю: я действительно хочу писать, и как можно скорее закончить эту книгу. Мне нравится ее писать. Но летом срабатывает ощущение того, что нужно что-то успеть совсем другое. Успеть порадоваться жизни, отдохнуть и повеселиться. Как отдыхать? Как веселиться? Не знаю. Но это вот летнее ощущение сильно тревожит и мешает. А книжка выйдет в срок, она будет небольшая, из десяти рассказов. Формально у этих рассказов будут признаки мемуарной литературы, но это будут не мемуары, это будет литература. Кому нужны мои мемуары? Они даже мне не нужны. Это будет литература. Книжка выйдет в сентябре. Скоро. То есть лето уже скоро кончится. Черт возьми, как же быстро оно течет сквозь пальцы.

ЧЬИ МЕМУАРЫ НУЖНЫ?
16 июля

Вчера посмотрел вместе со всем семейством «Крепкий орешек.4» Все-таки есть в этом мире какая-то стабильность. А стабильность так необходима. Если б я был чиновником от культуры, дал бы Брюсу Уиллису звание заслуженного артиста России. А после «Орешка.5» — народного. Сколько людей в нашей стране знают, любят, а то и просто обожают старину Брюса. Самое главное в нем то, что он такой неуклюжий герой. Отовсюду падает, все его бьют, весь порезанный, в последнем «Орешке» его даже прострелили. Но он побеждает. Грязный, избитый, потный, совсем не молодой, но побеждает. Надо дать заслуженного артиста! А потом народного! Сколько у нас народных, которых никто не знает. Или знают, но не любят. А тут я со всем семейством пришел в кинотеатр, а в зале сидит много таких семейств, и все смотрят, и всем хорошо. А вечером перед сном я даже помечтал сыграть в кино что-то такое же… прямо как в детстве.

 
23 июля

В Калининграде погода опять испортилась. Самая писательская погода. Дождь и прохладно. Настроение печальное. Пока не начал писать книги, даже не знал, что заканчивать книгу очень грустно. И еще есть ощущение, что книга заканчивается сама. То есть не я ее заканчиваю, а она сама заканчивается, и становится очень грустно.
У меня есть два коротких текста для бесконечного мегатекста под названием «Настроение улучшилось». Этот текст состоит из бессчетного числа эпизодов про улучшение настроения без применения химических препаратов.

1. Случается, встанешь в очередь в кассу, а кассы две, и очереди длинные. Стоишь и видишь, что соседняя очередь движется быстрее, и думаешь: черт возьми, опять встал не в ту очередь, надо было встать в другую, а еще лучше было занять место в обе. Настроение ужасное, и моя очередь едва ползет... И вдруг — раз, одна касса закрылась, и совсем даже не та, в которую стоял, то есть, оказывается, я стоял в правильной очереди. И настроение мое улучшилось!

2. Бывает, выдастся летнее воскресенье, и вроде погода хорошая, дождь обещали, а он не пошел. И все как будто неплохо. Просто настроение дурацкое. Сидишь дома, ничего хорошего придумать не можешь. Все друзья куда-то поразъехались. Пытаешься читать книгу, не читается. Пытаешься что-то обдумывать, не обдумывается. А еще с самого утра по комнате летает муха. Здоровая такая и ужасно верткая. Только начнешь читать книгу, она зажужжит. И главное, не садится на такое место, где ее можно было бы пришибить. Или об окно начинает биться. Ты к окну — она от окна. В конце концов, ты уже ни о чем думать не можешь, только об этой мухе. Но все-таки ты успокоился, притаился у окна, за шторкой, и муха прилетела, стала биться в окно, тут ты ее — раз ладошкой — и прижал к стеклу. Прижал, подержал и придавил, и даже почувствовал, как она слегка хрустнула под пальцами. Потом брезгливо двумя пальцами взял ее за крылышко, отнес в туалет, бросил в унитаз, смыл воду... Стоишь, моешь руки прохладной водой, а настроение улучшилось!

ЕЩЕ ПАРУ РЕЦЕПТОВ, ТАКИХ ЖЕ УНИВЕРСАЛЬНЫХ. А ТО ИЛИ МУХИ МОЖЕТ НЕ ОКАЗАТЬСЯ (НЕ СЕЗОН), ИЛИ – ОЧЕРЕДЕЙ НЕТ СОВСЕМ. А ИХ И В САМОМ ДЕЛЕ ПОЧТИ ЧТО И НЕТУ

(не уверена, что здесь нужны добавления)

31 июля

Какая все-таки странная и сложная штука — текст. Стоит его чуть-чуть видоизменить, например, неправильно разбить на абзацы или главы, и он обретает совершенно другое значение. Это в театре — сказал не то, понял, извинился и сказал как надо. Потому что в театре у тебя есть глаза, голос, жесты, возможность сделать паузу или наоборот, ускориться до предельной возможности. А текст — это буквы, слова, и каждый сам решает, с какой скоростью ему это читать. Так что композиция текста и даже его графика — очень важные и требующие постоянного изучения вещи.
Я уже давно понял, что мне очень хочется быть понятным. Прямо непреодолимое желание высказаться так, чтобы было понятно. И я радуюсь, когда узнаю, что достиг своей цели.

Я учился когда-то в Кемерове в школе с английским уклоном и совершенно не понимал, зачем изучаю английский язык. Я не думал, что у меня будет когда-нибудь шанс поговорить с кем-то по-английски. После школы, в университете, английский нам преподавали очень плохо, три года на флоте обошлось тоже без английского. Короче, спустя много лет после школы я попал в Берлин, и мне пришлось говорить по-английски. Не на уроке, а нужно было говорить, чтобы поняли. Я помню этот момент, когда заговорил на другом языке и был понятен другим. То-то было счастье. А оказывается, по-русски говорить, а уж тем более писать понятно, намного сложнее. Английский я знаю плохо, поэтому мне легко на нем говорить. А в русский забираюсь все глубже и глубже, и становится все сложнее и сложнее.
Вот есть загадка «Без окон, без дверей, полна горница людей». Из текста совершенно не следует, что это огурец. Текст не дает ни единого шанса понять или хотя бы догадаться о том, что это. Но мы знаем с детства, что огурец. Многие поколения русских людей обманывают детей, когда это утверждают.

(Утверждают что? Нужно переформулировать, наверное. )
 

1 августа

Я вовсе не горжусь тем, что не владею компьютером, как гордятся многие, заявляя, что у них дома нет телевизора, что они не читают газеты или отказались от мобильного телефона. Мне компьютеры даже нравятся. Особенно как они выглядят. Но я не владею. И знаю, что овладение компьютером — процесс вполне бесконечный. А я могу прожить и без этого. В школе я очень плохо учился по алгебре и по физике. Ребята, которых я не считал умнее себя, учились по этим предметам много лучше. Я по этому поводу какое-то время переживал, а потом перестал. Ну не получалось у меня учиться хорошо по этим предметам.
Я очень люблю автомобили, но машину водить не умею. Учился, брал уроки вождения. Во время шестого урока в нас врезалась патрульная машина. Мой инструктор был не пристегнут и вылетел через лобовое стекло. Я отделался легким испугом и несколькими царапинами. Мы были не виноваты. Но это не имеет значения. Просто с тех пор я боюсь. И еще мне очень нравится во время езды в автомобиле смотреть по сторонам. Всегда. Даже когда еду по самой знакомой дороге. Я понимаю, что водить машину не научусь. Хотя это обычное дело и многие-многие миллионы, кто хорошо, кто очень плохо, но машины водят.
С компьютером та же история. Я не знаю клавиатуру, никогда прежде не печатал на машинке, так что пишу ручкой. С печатной машинкой у меня связано к тому же неприятное воспоминание. В юности сильно травмировал указательный палец правой руки. Долго носил гипс, месяца три. Делать я ничего не мог, пытался писать левой рукой, получалось плохо. Тогда попытался освоить печатную машинку. Тыкал в нее пальцами левой и двумя пальцами правой руки. Поскольку времени было много, пытался писать стихи. Стихи были ужасные. Мне приятно думать, что стихи были такими скверными по причине печатной машинки. В общем, не надо мне этого.
Я совершенно не горжусь тем, что компьютером не владею, но и волосы на голове из-за этого не рву. В конце концов, какой бы я ни был неграмотный, я, хоть и с посторонней помощью, сижу в ЖЖ. И машина у меня есть, ее прекрасно водит моя жена. И я по этому поводу не переживаю.

 

3 августа

В Эгейском море шторм. (Неплохо звучит!) Вчера скучали с друзьями вечером и рассуждали на тему сущности отдыха. Выясняется, что наука отдыхать весьма тонкая и сложная. Труднее всего выяснить — от чего отдыхать. Я-то уверен, что отдых нужен для того, чтобы соскучиться по дому, по работе и по повседневности.
И в связи с этим я вчера разработал маршрут очень быстрого и максимально недорогого отдыха. Так вот: нужно сесть в поезд «Москва – Сочи», который прибывает в семь утра, в плацкартный вагон на боковую полку. Выехать надо в пятницу, в субботу в семь вы в Сочи. В гостиницу вам не надо, вещей у вас с собой нет. Сразу же находите место, где продают местное вино. Рекомендую «Изабеллу». Покупаете трехлитровую банку и идете на пляж. Пляж может быть любой, главное поторопиться. В восемь — начале девятого вы на пляже. Нужно быстро выпить два литра вина, в процессе пару раз искупаться. В девять — начале десятого вы — пьяные в ЖЖ… (Если ваш организм стойко переносит алкоголь, возьмите местного портвейна.) И вот, в состоянии сильного опьянения, нужно уснуть на самом солнцепеке. К двум часам вы просыпаетесь, сгоревший до пузырей, со страшным похмельем, которое дает только «Изабелла», и солнечным ударом. Тут можно еще окунуться в море, допить вино, попробовать съесть местный чебурек или шашлык. Главное, чтобы все было жирное! Дальше сами понимаете, что с вами может произойти…
И тут вы спешите на вокзал, падаете в поезд. (Есть поезд, который уходит из Сочи в Москву примерно в шестнадцать часов.) Плацкарт, боковая полка. В понедельник вы на работе.
Вы на целый год сыты по горло ощущением путешествия в поезде. В море искупались, загорели так, что больше не хочется, южных вин попили, экзотической еды поели, всего получили в переизбытке, даже думать об этом тошно, а главное — сильно соскучились по дому.
Моим друзьям маршрут понравился. Все посмеялись. Практично и существенная нотка ностальгии в этом есть.
А в Эгейском море шторм. Мы укрылись в маленькой бухте маленького острова. Скучно и прекрасно. Рыба не клюет.

15 августа

Как это ни удивительно, я сыграл около тысячи спектаклей в разных городах и странах. Есть уже и опыт и самые разнообразные навыки доведения спектакля до конца даже в экстремальных условиях. Я делаю театр, который не скрывает того, что это театр. То есть мой персонаж на сцене всегда обращается к тем людям, которые сидят в зале и отдают себе отчет в том, что театр — это довольно странно и ситуация спектакля — нечто по крайней мере необычное. Поэтому и я и мой персонаж, мы вместе, видим и слышим все, что происходит в зрительном зале. И обязательно на все реагируем. Когда играешь спектакль в зале, в котором почти тысяча человек, может случиться всякое. Я не говорю про звонки мобильных, про появление в зале пьяных, сумасшедших, не говорю про сердечные приступы или приступы астмы. Случалось всякое. Я всегда на это старался отреагировать адекватно, спасти спектакль и никогда не гневался. Но когда во время спектакля отдельные зрители демонстративно встают и так же демонстративно, чтобы видел не только я, но и вся публика, уходят, я сержусь. Я какое-то время никак не мог понять причины своего гнева. Во-первых, такие демарши встречаются очень редко, во-вторых, рассуждал я, человек купил билет и если ему не нравится, он может делать что хочет, в-третьих, если я вышел на сцену, то я должен быть готов ко всему, ну и так далее... Это я все понимал, но продолжал сердиться. И вот однажды, намеренно не буду говорить в каком городе, я исполнял спектакль «Дредноуты», и в самом конце спектакля из середины зала, из третьего ряда, встала пара в светлых одеждах. Высокий и очень полный мужчина и с ним молодая блондинка. Я в это время исполнял очень важный для спектакля фрагмент, к которому долго готовил зрителей и шел сам. То, как они встали, и то, как они выходили, было не просто покидание зала, это было выступление. Да еще, уходя, мне блондинка сказала во всеуслышание: «А мой муж про эти корабли знает все лучше вас». Ох, я тогда и отыгрался на этой паре! Под одобрительный смех всего зала. Признаюсь, жестоко отыгрался. И тогда же понял, почему я сержусь на подобные демарши. Мне в такие моменты обидно не за свой спектакль и даже не за то важное и дорогое, что в этих спектаклях для меня есть. Мне всегда обидно за атмосферу в зале. И еще я не терплю наглости. Наглость ничем не может быть оправдана.
Когда человек так демонстрирует свое пренебрежение, как сделала та пара в белых одеждах, он говорит не только мне и даже не столько мне... человек говорит всему залу: «Вы дураки, если вы сидите и смотрите этот спектакль, если смеетесь, аплодируете, плачете. Вы все тут дураки».
Я тогда понял природу своего гнева. И нашел этот гнев праведным. Лично за себя я бы так гневаться не стал. Но своих зрителей обижать не позволю никому. Хотя бы даже по той причине, что именно зрители и читатели оплачивают мою жизнь, покупая билеты и книги.




следующая страница >>