microbik.ru
1
Матвеенко В.Д.

СПб ЭМИ РАН, ГУ-ВШЭ

г. Санкт-Петербург
ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ, РЕСУРСОЗАВИСИМОСТЬ

И СПРОС НА ИНЖЕНЕРНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
1. В современной России трудно с уверенностью однозначно говорить о причинах экономических изменений, поскольку одновременно оказывают действия два эффекта.

(1) Эффект снятия ограничений: продолжает изменяться общее состояние экономики, которое в момент начала перехода (1989 г.) было существенно «искажено» в связи с внешней изолированностью страны, в том числе идеологической, и использованием нерыночных экономических механизмов. В СССР была относительно развита оборонная промышленность, соответствующие области технологий, вообще наука, техническое образованиеi. При снятии ограничений экономика движется из этого начальное состояния в более «естественное» с точки зрения ее положения на мировом рынкеii.

(2) Эффект конъюнктуры: в экономике страны происходят процессы, свойственные и другим развивающимся странам – экспортерам природных ресурсов. По мнению авторов работы [Полтерович и др., 2007], Россия типичная страна в этом отношении. На наш взгляд, это преувеличение: при анализе динамики экономики, как в ретроспективе, так и в переспективе, надо принимать во внимание имеющийся значительный научно-образовательный потенциал, которого нет во многих других развивающихся странах.

В целом, технологическое развитие СССР основывалось в основном на имитациях (в частности, back engineering). Однако, к сегодняшнему дню и эти возможности уменьшилисьiii.

2. Еще в 1950-х годах, в период становления экономики развития как научной дисциплины, появилась казавшаяся парадоксальной гипотеза о том, что богатство природных ресурсов замедляет развитие. Эта гипотеза, известная сейчас как «ресурсное проклятие» (resource curse) стала предметом особого внимания экономистов после публикаций Сакса и Уорнера [Sachs, Warner, 1997, 2001], в которых эконометрически, при учете значительного числа контролирующих переменных, была установлена отрицательная статистическая зависимость между богатством природных ресурсовiv и темпом экономического роста. Дальнейшие эмпирические исследования (см. обзоры в [Матвеенко, 2006, Полтерович и др., 2007]) показали наличие связи между экономическим ростом, богатством природных ресурсов и качеством институтов.


Более общее, по отношению к «ресурсному проклятию», явление – «голландская болезнь» – может быть вызвано значительными валютными поступлениями (windfall) не только в связи с продажей природных ресурсов, но и в форме иностранных кредитов, международной помощи и т.п.

Простейшая модель «голландской болезни» описана Дж.Саксом в учебнике [Сакс, Ларрен, 1996] – см.рис. 1.



Рис. 1. Простейшая модель «голландской болезни».
В стране производится два вида товаров: торгуемые (которые могут быть проданы и куплены на внешнем рынке, в частности, изделия обрабатывающей промышленности) и неторгуемые (они должны быть произведены в стране, например, услуги и продукция строительства). Возможные точки спроса на эти два вида товаров лежат на линии 0AB. Также задана линия производственных возможностей. Эти две линии пересекаются в точке A, которая является точкой производства и потребления в состоянии автаркии. Если страна получает дополнительное финансирование (windfall), например, за счет продажи природных ресурсов, она имеет возможность потреблять товары в точке B, а производить их будет в точке C, поскольку весь спрос на неторгуемые товары должен удовлетворяться за счет производства внутри страны. В точке C производство торгуемых товаров ниже, чем в точке A, а производство неторгуемых – выше. Эта простейшая модель, как и более сложные модели «голландской болезни», дают прогноз экономических явлений, которые действительно наблюдаются в большинстве стран с высокой долей экспорта природных ресурсов в ВВП.

Некоторые типичные проявления «голландской болезни» перечислены в таблице 1. Хотя она основана на публикациях, которые посвящены развивающимся странам и почти не затрагивают российскую экономику, из таблицы видно, насколько точно основные черты современной российской экономики соответствуют симптомам «голландской болезни».
Табл. 1. Некоторые типичные черты «голландской болезни»

Реструктуризация

Деиндустриализация.

Труд перемещается из обрабатывающей промышленности в секторы услуг и строительства, а также в ресурсный сектор. Общее число рабочих мест в промышленном секторе уменьшается.

Инвестиции в промышленность как доля ВВП уменьшаются, как и расходы на научные исследования и опытно-конструкторские разработки.

Сдвиг реального обменного курса

Реальное укрепление национальной валюты.

Уменьшение чистого экспорта.

Протекционизм как результат высокого реального обменного курса.

Вытеснение инвестиций

Если ресурсный сектор располагает достаточными средствами для инвестиций, возникают трудности в трансформации сбережений домохозяйств в инвестиции. Сбережения аккумулируются в иностранной валюте или уходят из страны.

Рост реальных зарплат

Заработная плата увеличивается, чтобы обеспечить реструктуризацию

Изменчивость

Большие циклические колебания, связанные с неустойчивостью источников дохода (например, цен на ресурсы).

Рост изменчивости обменного курса.

Борьба за ренту и коррупция

Большой и плохо функционирующий общественный сектор в условиях “голландской болезни” ведет к борьбе за ренту и коррупции, к концентрации власти и богатства, росту неравенства и бедности, подрыву демократии.

Снижение качества образования

Реструктуризация ведет к кризису технического образования.

Присутствие источников дополнительного дохода ведет к уменьшению спроса на человеческий капитал, и образовательная система в целом ухудшается.

Возможно, связь между качеством образования и размером заработной платы ослабевает, и люди становятся не заинтересованными в высоком качестве образования.

Уменьшение положительных экстерналий, создаваемых сектором обрабатывающей промышленности

В частности, сокращение сектора науки и опытно-конструкторских разработок

Рост оборонных расходов

Высокие расходы на оборону необходимы для защиты источников дохода.

Ошибочная уверенность в завтрашнем дне

Беспечное отношение к «легким деньгам».

Часто рост финансовой зависимости.

Необходимые структурные реформы откладываются.


3. Один из характерных для экономик, подверженных голландской болезни, процессов – реструктуризация – проявляется, в частности, в уменьшении спроса на инженерное (а также математическое, физическое) образование как со стороны домохозяйств, так и со стороны фирм-работодателей.

Эта тенденция вполне подтверждается эмпирическими данными по России. Так, согласно Статистическому ежегоднику «Образование в Российской Федерации» (2005), численность занятых в торговле и общественном питании увеличилась с 5,7 млн. чел. в 1992 г. до 9,3 млн. в 1998 г. и до 11,1 млн. в 2003 г. Численность занятых в промышленности снизилась на треть в период 1992-1998 гг. и практически не росла в период экономического роста 1999-2003 гг. Почти все увеличение роста выпуска специалистов государственными и муниципальными высшими учебными заведениями в период 1995-2003 гг. происходило за счет гуманитарно-социальных и экономических специальностей. Практически весь выпуск негосударственных высших учебных заведений также проходил по гуманитарно-социальным и экономическим специальностям и направлениям. Показательны и данные по рейтингу качества приема в российские вузы в 2010 году (табл. 2). Поступающие с высокими баллами ЕГЭ выбрали нетехнические специальности и направления, тогда как инженерами «согласились» стать, в среднем, абитуриенты, имеющие балл ЕГЭ 62,3 и ниже.
Табл. 2. Рейтинг качества приема в российские вузы в 2010 году

(Источник: ГУ-ВШЭ www.hse.ru)



Группа

Средневзвешенный балл ЕГЭ

Число принятых

1

Международные отношения

80.0

718

2

Востоковедение

76.6

320

3

Журналистика

74.3

1996

4

Лечебное дело

74.0

20815

5

Политология

73.6

827

6

Иностранные языки

72.3

2730

7

Реклама

72.1

304

8

Регионоведение

72.1

395

9

Теоретическая и прикладная лингвистика

71.9

210






Группа

Средневзвешенный балл ЕГЭ

Число принятых

37

Педагогические (гуманитарные) специальности

63.4

3806

38

Биология

63.3

3211

39

Физика

63.2

4860

40

Инноватика (менеджмент)

63.1

877

41

Химия

62.8

2535

42

Информатика и вычислительная техника

62.5

9314

43

Ядерные технологии и техническая физика

62.3

929

47

Строительство

60.7

11519

49

Энергетика

60.0

4870

51

Нанотехнология

59.9

701

53

Электроника, радиотехника

59.5

6645

54

Автоматизация и управления

59.2

3738

55

Приборостроение

58.8

2224

57

Геология, горное дело, полезные ископаемые

58.6

5236

61

Электротехника

57.5

1997

62

Авиа- и ракетостроение

57.1

3085

68

Наземный транспорт

55.3

9716

69

Энергомашиностроение

55.3

1143

73

Прикладная механика, промышленная физика, физико-химия

53.3

442

74

Текстильная и швейные технологии

52.9

1455

78

Полиграфия

51.9

282

79

Металлургия, материалы

51.6

3631

81

Технологические машины и оборудование

51.3

4747

82

Кораблестроение

50.8

802

83

Лесная технология

50.4

2285


4. Важной задачей является исследование и прогнозирование динамики экономического роста и, в частности, роста промышленного производства в России. Знания в этой области составили бы основу, которая позволила бы адекватно рассмотреть и разъяснить динамику изменений в ряде конкретных сфер российской экономики, в частности, в образовании.

Наши модельные исследования показывают, что российская экономика обладает специфическими экономическими институтами, которые, в сочетании с ресурсозависимостью, делают экономическую динамику неустойчивой: экономический рост легко сменяется спадом. Нами построен ряд теоретических макроэкономических моделей, в которых учитываются институты, характерные для российской экономики:

1. fK-модель, учитывающая институты труда и позволяющая выявить условия, при которых имеет место экономический рост или спад [Матвеенко, 2004, Matveenko, 2006]. fK модель с ресурсно-энергетическим сектором [Матвеенко и др., 2007] показывает роль «впрыскивания» доходов от продажи ресурсов в основную экономику и последствия снижения темпов прироста доходов от продажи природных ресурсов.

2. Модель с трехфакторной производственной функцией [Матвеенко, 2006]. Эта модель показывает, что изменения в перераспределении ВНП, в частности, увеличение доли дохода, получаемой компаниями-разработчиками природных ресурсов может привести к снижению темпа роста экономики, вплоть до экономического спада.

3. Модель изменения долей факторов, учитывающая интересы социальных групп [Матвеенко, 2007, 2010, Matveenko, 2010]. Технологические изменения происходят вместе с изменением долей факторов. Найдены области совпадения и несовпадения интересов социальных групп (работников и владельцев капитала или неквалифицированных и квалифицированных работников) при выборе технологии и, соответственно, при распределении национального продукта. Выясняется роль величины эластичности замещения и характеристик ресурсозависимости экономики в формировании «областей согласия» социальных групп. Найдены условия, при которых степень общественного несогласия растет.

Сложность анализа экономических процессов в переходных экономиках состоит в том, что «нормальные» явления, свойственные рыночным экономикам, складываются здесь со специфическими фундаментальными изменениями, обусловленными переходом от плановой экономики, однако, по мере развития рыночных отношений, в ресурсозависимых переходных экономиках становятся очевидными симптомы «голландской болезни».

Решение проблемы экономического развития России, по нашему мнению, должно быть связано не столько с созданием точечных двигателей роста, сколько с изменением широко распространенных институтов, таких, например, как институты труда в «старом» секторе экономики.

ЛИТЕРАТУРА
Матвеенко В.Д. Инвестиции, институты и экономический рост: Исследование на основе

fK модели // Конкурентоспособность и модернизация экономики. Отв. ред. Е.Г.Ясин. Кн. 1. М., ГУ-ВШЭ, 2004, с. 226-238.

Матвеенко В.Д.. Ресурсозависимость и экономическое развитие: пример России //

Реформирование общественного сектора. Ред. И.Н.Баранов и др. СПб, Издат. дом СПбГУ, 2006, ч.2, с. 109-142.

Матвеенко В.Д. О возможности изменения типа производственной функции: интересы

социальных групп и направление технического прогресса // Информационные технологии и вычислительные системы, № 4, 2007, с. 28.37.

Матвеенко В.Д. Доли факторов и экономический рост в ресурсозависимой экономике // X

Международная конференция по проблемам развития экономики и общества. М., Издат. дом ГУ-ВШЭ, 2010, с. 163-174.

Матвеенко В.Д., Журавлева М.В., Ущев Ф.А. Стратегия извлечения природных ресурсов,

устойчивость экономического развития и проблема «проклятия природных ресурсов». // Модернизация экономики и государство / Отв. ред Е.Г.Ясин. Кн. 3. М.: Изд. дом ГУ-ВШЭ, 2007. Кн. 3, с. 440-452.

Полтерович В., Попов В. Тонис А. Экономическая политика, качество институтов и

механизмы «ресурсного проклятия», М., ГУ-ВШЭ, 2007.

Сакс Дж.Д., Ларрен Ф.Б. Макроэкономика. Глобальный подход. М., Дело, 1996.

Matveenko V. Economic growth theory and the dynamics of the Russian Economy // Journal of

Mathematical Sciences, 133 (4), 2006, 1491-1503.

Matveenko V. Interests of social groups, direction of technical progress, and barriers to

development: How sustainable is the World economic growth? // Progress in Economics Resesarch, 20, 2010 (Nova Science Publishers). In print.

Sachs J.D., Warner A.M. Natural resource abundance and economic growth. NBER Working

Paper 5398, 1997.

Sachs J.D., Warner A.M. The curse of natural resources // European Economic Review, v. 45,

2001, pp. 827-838.



i Как отмечает академик Ю.Рыжов, Известия, 3 декабря 2010 г.: «Ни о каком «философском» пароходе, на котором из России были высланы лучшие гуманитарии, для технарей речи быть не могло. Выдающиеся гуманитарные вузы и факультеты закрывались, но инженерные плодились – из МВТУ в 1930 году вышли МЭИ и МАИ, из МГУ в 1946-м – мой родной Физтех, в каждом крупном городе был приличный технический вуз. Индустриализация породила невероятный спрос на инженеров. Но производительность инженерного труда в стране, как и любого другого, была очень низкой».

ii Аналогия из области экономической науки: в СССР были гипертрофированно развиты политэкономия и философия экономики, теперь происходит массовое «рыночное» движение в сторону западного мэйнстрима, но со «специализацией» на бакалаврском уровне образования.


iii По словам Ю.Рыжова, «Сейчас положение в науке и высоких технологиях хуже, чем в советские времена, потому что мы по ряду ключевых направлений уже не можем понять и воспроизвести западные разработки.

По некоторым ключевым направлениям нет ни конструкторов, ни квалифицированных рабочих».

iv В качестве меры богатства природных ресурсов Сакс и Уорнер рассматривают долю экспорта природных ресурсов в ВВП или во всем экспорте. Другие авторы рассматривают и иные меры.