microbik.ru
1 2 ... 21 22
МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО И СРЕДНЕГО СПЕЦИАЛЬНОГО

ОБРАЗОВАНИЯ ЛАТВИЙСКОЙ ССР

ЛАТВИЙСКИЙ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. П. СТУЧКИ

М. И. БЛУМ

Действие советского уголовного закона в пространстве

Учебное пособие

РЕДАКЦИОННО-ИЗДАТЕЛЬСКИП ОТДЕЛ ЛГУ им. ПЕТРА СТУЧКИ

РИГА 1974

Данная работа посвящена наиболее актуальным и мало разработанным в теории советского уголовного права проблемам пределов действия уголовного закона. В ней дается анализ принципов действия уголовного закона в пространстве, показывается исторический путь их развития и служебная роль, а также перспектива развития советского уголовного законодательства в этой области. В работе освещается важный для следственно-прокурорской и судебной правоприменительной деятельности вопрос об определении места совершения преступления для различных категорий преступных деяний, обосновывается необходимость создания системы внутритерриториальных коллизионных норм и др.

Настоящий труд является итогом долголетней научной деятельности автора в связи с подготовкой и совершенствованием спецкурса «Советский уголовный закон и пределы его дейстпия», читаемого студентам старших курсов юридического факультета в течение ряда лет. Работа рассчитана на слушателей спецкурса и прочих студентов, интересующихся рассматриваемой проблематикой, аспирантов, преподавателей юридических высших учебных заведений, научных работников, а также на практических работников суда, следствия и прокуратуры.

Ответств.. ред. — докт. юрид. наук, проф. А. А. Лиеде

© Редакционно-издательский отдел ЛГУ им. Петра Стучки, 1974

1-10-2-127у М812(П)-74

ВВЕДЕНИЕ

^Четкая законодательная регламентация пределов действия советского уголовного закона в пространстве имеет большее теоретическое значение для развития советской науки уголовного права, а также огромное практическое значение для правоприменительной деятельности следственно-прокурорских и судебных органов. Проблема определения пределов действия советского уголовного закона в пространстве является разноплановой и весьма сложной. Каждый из ее аспектов требует самостоятельного подхода и решенияД Однако, в такой плоскости она до сих пор не ставилась и отрешалась ни в советской науке уголовного права, ни в науке международного права. Только отдельные вспрссы проблемы освещены в монография* А. Н. Трайнина, М. Д. Шаргородского, Н. Д. Дурманова, Я- М. Брайнина, А. А. Тилле, В. Н. Кудрявцева, И. И. Горелика, -М. А. Шнейдера, И. И. Солодкина, Л. Н. Галенской и др. ^ Необходимо отметить, что в современный период возросло международно-правовое значение вопросов пределов действия советского уголовного закона в пространстве, относящихся преимущественно к области внутригосударственного права. Это объясняется расширившимися контактами Союза ССР с зарубежными странами, массовыми посещениями иностранцами Союза ССР и советскими гражданами — зарубежных государств, длительным проживанием инсстранцев в СССР и советских граждан за границей (учеба в вузах, аспирантуре, обмен специалистами, оказание помощи развивающимся странам и т. д.) и др. Поэтому изучение проблемы действия советского уголовнего закона в пространстве приобретает в настоящее время все большее значение, в особенности те аспекты этой проблемы (независимо от подхода отдельных ученых к их оценке), которые начиная со времен Бентама принято называть «интернациональным уголовным правом» («internationales Strafrecht», «droit penal internat'onal», «derecho penal interna-tonal»). Это те вопросы действия национального уголовного закона в пространстве, которые связаны с «иностранным элементом», соприкасаются в какой-то мере с интересами ино-

странных государств в связи с применением национального уголовного закона к преступлениям, совершенным за границей (экс. территориальное действие уголовного закона), с применением национального уголовного закона к иностранцам, на которых не распространяется национальная уголовная юрисдикция и, наконец, вопросы выдачи преступников и права убежища.

Советская наука уголовного права, как и наука международного права не пользуются в этом смысле понятием «международное уголовное право» (См. М. Д. Шаргородский. Некоторые вопросы международного уголовного права. — «Советское государство и право», 1947, № 3, с. 24—32; Л. Н. Галенская. О понятии международного уголовного права. — «Советский ежегодник международного права 1969». М., 1970, с. 241—260), ибо речь идет о совокупности положений национального законодательства, назначение которых заключается в том, чтобы очертить пределы действия материального уголовного права Советского государства, оградить и отграничить установленный им правопорядок от правопорядка, установленного уголовным правом других государств.

Эти вопросы должны решаться совместными усилиями ученых, работающих в области различных правовых наук и в первую очередь — в области материального и процессуального уголовного права и международного права. Такое сотрудничество уже известно советской правовой науке. Так вопросы борьбы с международными преступлениями и уголовными преступлениями, посягающими на международный правопорядок, как и вопросы выдачи военных преступников уже в течение нескольких десятилетий успешно решают советские ученые — криминалисты, процессуалисты и международники (А. Н. Трай-нин, Н. Н. Полянский, Н. С. Алексеев,' М. Д. Шаргородский, П. С. Ромашкин. А. Н. П'олторак, М. Н. Андрохин, Л. Н. Галенская и др.). По вопросам экстерриториального действия советского уголовного закона и применения его к лицам, пользующимся дипломатическим или консульским иммунитетом, как и по вопросам выдачи невоенных преступников сотрудничестзо ученых различных областей правовой науки недостаточно. Это не может не сказаться отрицательно на результатах исследований. Только учитывая достижения науки советского уголовного права и международного права, можно найти правильный методологический подход к оценке принципов действия уголовного закона в пространстве, вскрыть внутреннее политическое содержание добуржуазных и буржуазных теорий по вопросам применения национального уголовного закона в пространстве, выявить те политические цели, которым они служили и служат, разоб-

лачить их реакционное содержание в определенный исторический период, выявить возможности для сотрудничества государств в области международной борьбы с преступностью.

В. И. Ленин учил правильному методологическому подходу ко всем явлениям социальной жизни. Он указывал: «Этот основной факт — переход общества gt первобытных форм рабства к крепостничеству и, наконец, к капитализму — вы всегда должны иметь в виду, ибо, только вспоминая этот основной факт, только вставляя в эту основную рамку все политические учения, вы в состоянии будете правильно оценить эти учения и разобраться, к чему они относятся, ибо каждый из этих крупных периодов человеческой истории — рабовладельческий, крепостнический и капиталистический — обнимает десятки и сотни столетий и представляет такую массу политических форм, разнообразных политических учений, мнений, революций, что разобраться во всей этой чрезвычайной пестроте и громадном разнообразии, — особенно связанными с учениями политическими, философскими и прочими буржуазных ученых и политиков, — можно в том только случае, если твердо держаться, как руководящей основной нити, этого деления общества на классы, изменения форм классового господства, и с этой точки зрения разбираться во всех общественных вопросах — экономических, политических, духовных, религиозных и т. д.» (В. И. Ленин. Поли. собр. соч. Изд. 5-е, т. 39, с. 71, 72).

Решение отдельных проблем территориального и экстеррито-риалы ого действия советских уголовных законов в пространстве, как и вспрссов применения уголовных законов к иностранцам, неподсудным советским судебным учреждениям, в теории советского уголовного права представляется спорным именно с позиции советской науки международного права. Это относится к распространению советских уголовных законов на принадлежащие СССР объекты и зоны вне пределов СССР, к применению советских уголовных законов в соответствии с принци-ципами гражданства, в особенности в отношении лиц без гражданства, и др.

Только объединенными усилиями ученых в области советского уголовного права и международного права можно правильно оценить также весьма спорный вопрос о приемлемости для советского законодательства положений реального принципа действия уголовного закона в пространстве и пассивного персонального принципа, как и разработать законодательные положения, отражающие требования принципа социалистического интернационализма и универсального принципа.

Усилиями советских ученых в области уголовного права,

уголовного процесса и международного права должны быть решены и вопросы выдачи преступников, в том числе разработана de lege ferenda система уголовно-правовых и уголовно-процессуальных норм, соответствующих принципам советского национального законодательства и принципам международного права. Изучение некоторых аспектов действия национального уголовного закона в пространстве и выдачи преступников должно быть также предметом науки международного уголовного права, хотя речь и идет, безусловно, о применении совокупности норм национального законодательства, в том числе и трансформированных норм международного права.

По многим основополагающим вопросам желательна единая позиция в законодательстве стран социалистического содружества, использование опыта всех социалистических государств. «Мировой социализм вбирает в себя все богатство и многообразие революционных традиций и опыта, порождаемого творчеством трудящихся разных стран, — говорил Л. И. Брежнез на международном Совещании коммунистических и рабочих партий в Москве в 1969 году. — В этой связи я хочу сказать, что наша партия постоянно изучает этот опыт, использует все ценное, что может быть применено в условиях Советского Союза, все то, что действительно способствует укреплению социалистического строя, воплощает в себе проверенные на международном опыте общие закономерности его строительства.» (Международное Совещание коммунистических и рабочих партий». М., 1969, с. 54, 55).

Правильное решение всех перечисленных вопросов будет способствовать наилучшему обеспечению охраны интересов Со-Бетского государства, укреплению братского содружества социалистических государств, а также осуществлению принципа мирного сосуществования государств с различным общественным и государственным строем.

Данная работа является попыткой решить некоторые из упомянутых вопросов на основании изучения советской теории уголовного права и теории уголовного права зарубежных социалистических государств, как и практики ее применения, с учетом также достижений в области науки советского международного права и выдвинуть некоторые предложения de lege ferenda.

. В работе исследованы также внутригосударственные аспекты проблемы действия советского уголовного закона в пространстве, точнее — пределы действия в пространстве уголовных законов союзных республик. Эта внутригосударственная проблема вытекает из особенностей советского государствен-

ного строя, из сущности Союза ССР как федерации союзных республик, обладающих широкой компетенцией в области уголовного законодательства и принявших свои республиканские уго-ловные кодексы для борьбы с преступлениями, совершаемыми в пределах союзной республики.

Поскольку многие преступления совершаются на территории двух и более союзных республик, постольку неизбежны коллизии между республиканскими уголовными законами. Как показывает судебная практика, отсутствие интертерриториальных или интерлокальных коллизионных норм приводит к разнобою в применении уголовного законодательства союзных республик. Поэтому судебной и следственно-прокурорской практикой выдвинута задача — разработать такую систему интерлокальных коллизионных норм, на основании которых могли бы решаться все возникающие коллизии между уголовными законами союзных республик. В данной работе предложены решения коллизий между республиканскими законами, что должно привести к единообразию в применении республиканских уголовных законов и к укреплению социалистической законности.

Значение укрепления социалистической законности и совершенствования законодательства было подчеркнуто XXIV съездом КПСС. Выступая перед избирателями Бауманского избирательного округа Москвы 12 июня 1970 г., Л. И. Брежнев сказал, что социалистическая законность, правопорядок — основа нормальной жизни общества, его граждан. («Правда», 13 июня 1970 г.).

Совершенствование законодательства о пределах действия уголовных законов в пространстве явится необходимой предпосылкой соблюдения и укрепления социалистической законности.

Глава I

ИСТОРИЧЕСКИЙ ОБЗОР УЧЕНИЙ О ДЕЙСТВИИ УГОЛОВНЫХ ЗАКОНОВ В ПРОСТРАНСТВЕ

Закономерности развития учений о действии уголовных законов в пространстве могут быть поняты лишь в свете марксистско-ленинского учения о смене общественно-экономических формаций, о появлении и развитии государств.

; Весь круг вопросов, связанных с истерией учений о действии уголовных законов в пространстве, теснейшим образом связан с проблематикой возникновения и развития государства. Это, как известно, одна из важных и актуальных проблем марксистской теории — вопроса о классовом характере государства, о роли, значении и взаимодействии базиса и такого рода надстройки, как государство.

По сей день указанные проблемы являются объектом острой идеологической борьбы. Марксистское учение о государстве является единственной научной методологической основой для изучения рассматриваемого нами вопроса. Проблемы государства рассматриваются во многих трудах К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина. Учение классиков марксизма-ленинизма даёт нам основу для установления закономерностей в развитии взглядов различных ученых на пространственные пределы действия национального уголовного закона.

"Отдельные вопросы указанной темы решались уже в древности: меньше в древнегреческом уголовном праве, больше — в римском. Из дошедших до нас отрывков трудов римских законоведов следует, что вопросы пространственных пределов действия римских уголовных законов регламентировались в связи с конкретными видами преступлений. В первую очередь, это были преступления, посягавшие на римское государство в целом, — изменническая война (perduellio) — понятие, которое охватывало весьма широкий круг деяний. В этих случаях римский закон применялся независимо от того, совершались ли преступления римлянами или другими лицами, а также независимо от

того, где совершались эти преступления, — в пределах или вне пределов римского государства.

Римские уголовные законы применялись также к лицам, совершившим уголовно наказуемые деяния против римского гражданина, независимо ст личного статуса совершившего преступление и места совершения деяния, если преступление рассматривалось в открытом процессе (judicium риЬИсит)ГРимс-кие законы применялись, кроме того, к каждому уголовно наказуемому деянию, совершенному на территории римской империи, невзирая на личный статус совершившего это деяние или потерпевшего.

Уголовно наказуемые деяния, которые не были направлены против римского государства, не причиняли вреда и ущерба римскому гражданину и не были совершены на территории римской империи, не подпадали псд действие римского уголовного закона. Для тех случаев, когда совершившие преступления лица не являлись римскими гражданами и не могли быть преследуемыми в Риме, было предусмотрено гёраво их выдачи иностранному государству (deditio). Ц Римское государство имело договоры с другими государствами, которыми устанавливалось, в каких случаях преступники подлежат выдаче и когда требование о выдаче может быть отвергнуто.

Однако об определенных принципах действия римского уголовного закона в пространстве говорить трудно, научной доктрины пространственного действия римского уголовного закона не существовало1.

Г Для раннего средневековья Европы характерно распространение уголовных законов на определенную национальность, поэтому на территории одного и того же государства действовали разные законы: «франк судилсл по законам франков, ал-леман — по закону аллемансв, бургунд — по закону бургундскому и римлянин — по римскому». Монтескье в своих работах показал, что каждый человек в этой смеси племен должен был судиться по обычаю и праву своего племени2. Таким образом, ß германском праве ранкего средневековья признавалась только система личной ответственности (Personalitätssystem)3. Подсудность дела по месту совершения преступления составляла исключение и допускалась только в случаях задержания виновного на месте совершения им преступления. Однако постепенно стал закрепляться территориальный принцип действия уголовного закона в пространстве, соответствующий сущности феодального права.

1 Для развития учения о пространственном действии уголовного закона и для так называемого интернационального уго-

9

ловного права значительный интерес представляет уголовное право позднего средневековья, в особенности итальянское уголовное право. Города Италии в средние века приобрели огромное политическое и экономическое значение. Они издавали свои статуты. Впервые уголовно-правовые коллизии возникли в Северной Италии в связи с тем, что встал вопрос о соотношении уголовного права, созданного на различных территориях и в разных городах Северной Италии. Появился целый ряд спорных вопросов: о приоритете римского права; о том, как следует поступать, если деяние, запрещенное законом одной из территорий, не запрещено римским правом, или если законы на месте совершения преступления существенным образом отличаются от законов места жительства виновного; должно ли быть лицо, постоянно не проживающее в данной местности, подчинено законам этой местности, если оно совершило здесь преступление. Эти вопросы были связаны с территориальной подсудностью уголовных дел. Так как непосредственно в законодательстве того периода данные вопросы не были решены, они определялись судебной практикой и средневоковой доктриной уголовного права. Последней были сформулированы общие положения: суду данной территории подсудны дела о преступлениях, совершенных в ее пределах, начало совершения которых имело место на данной территории, даже если оно было продолжено вне ее пределов, задержание преступника имело место на данной территории. Итальянские города широко практиковали выдачу лиц, совершивших преступления в другом городе. В случае невыдачи преступника применялся закон места его жительства.

Первым представителем итальянской доктрины был Альберт Гандин (Albertus Gandinus, XIII—XIV), выдвинувший принцип применения в спорных случаях lex delicti comm'ssi. ^Наивысшего расцвета учение о пространственном действии уго-ловнсго закона достигло в XIV в. в Италии в трудах С. Бар-тола (Bartolus Severus de Alphanis a Saxoferrato) — в его комментариях к дигестам, кодексу и институциям, а также в трудах его ученика П. Бальда (Baldus de Ubaldis perosinus Petrus) 4J

Доктрина Бартола получила дальнейшее развитие в XVI в. в трудах Ю. Клара (Julius Clarus), детально разработавшего вопросы применения закона в случаях совершения дистанционного преступления, а также вопросы1 ответственности лиц, проживающих в других городах5. Этими же проблемами в Италии в XVII в. занимался П. Фаринаций (Prosper Farinacius).

Во Франции в средние века в спсрах о подсудности предпочтение отдавалось судам места жительства виновного, исходя


следующая страница >>