microbik.ru
1 2 ... 6 7

Ответы к экзамену по курсу История Свободомыслия

1. Понятие «свободомыслие». Богоборчество, скептицизм, антиклерикализм, индифферентизм, нигилизм, гуманизм, пантеизм, деизм, атеизм.

Свободомыслие - это широкое духовное течение, главной чертой которого является признание права разума на критическое рассмотрение религии и свободное исследование окружающего мира. Свободомыслие – человек свободно принимает догматы и требования Церкви, верующий человек может быть свободомыслящим в добровольно осознанных границах. Осознание – знание о себе самом. Слепая вера – человек себя не осознает (верует в силу традиции, вера предков и т.д.). Богоборчество - самая ранняя и самая слабая форма критики религиозных представлений. Богоборец испытывает чувство протеста против Бога, создавшего мир таким жестким и несправедливым. Богоборческие настроения вызываются осознанием социальной несправедливости, отчаянием, неудовлетворенностью собственной судьбой. Проявления богоборчества разнообразны: от робкого упрека в адрес Бога до яростного "хуления". Скептицизм (от греч. skeptikos - рассматривающий, исследующий) - сомнение в истинности религии или отдельных ее положений - проявляется в культуре любого периода, начиная с разложения первобытного общества. Сомнение как методологический принцип познания - одно из орудий постижения истины. Скептицизм обнаруживается не только в философии, но может проявляться у поэта, художника, ученого, простого труженика. Антиклерикализм (от лат. anti - против, clericalis - церковный) - идейное и социальное движение, направленное против притязаний церкви и духовенства на господство в обществе. Он может быть светским и религиозным. При этом светский характер антиклерикализма не гарантирует его прогрессивности, примером может служить борьба Бисмарка против католической церкви в Германии в XIX веке или борьба против церкви и духовенства в нашей стране в 20-30-е годы XX века. Ныне антиклерикализм играет заметную роль во всемирном движении свободомыслящих, выступающих против попыток религиозных организаций, установить монополию на духовную жизнь - на образование, моральные предписания и т.д. Индифферентизм (от лат. indifferens - безразличный) - безразличие, равнодушие к религии или к ее существенным идеям. Нигилизм - это бунт против религии с позиций эгоистического индивида, считающего, что ему "все дозволено". Это отрицание религии, не связанное с положительными идеалами. На обыденном уровне он выражается в бездуховности, попрании морали. Нигилизм воюет с религией во имя "сильной личности", беззастенчиво попирающей ценности "серой массы". Такая позиция выражена в работе М. Штирнера (1806-1856) "Единственный и его собственность". Выпады против религии, связанные с провозглашением эгоизма были направлены на отбрасывание любых духовных ценностей общества. Нигилистические моменты содержатся также в творчестве Фридриха Ницше (1844-1900), презиравшего моральные ценности "маленьких людей", уделом которых является религия слабых - "христианство". Гуманизм (от лат. humanus - человеческий, человечный). Главной чертой светского гуманизма является защита достоинства человеческой личности, ее права на счастливую жизнь на земле, на свободное развитие, в том числе и духовное. Пантеизм (все;Бог) — направл, по своей духовн сущн родств деизму. Пантеизм имеет больш истор и множ типов. Сущ его сост в том, что Бог у него отождествл с челов, с миром. Бог в пантеизме не может мыслиться Сам по Себе, автономно, отдельно от мира. Бог полностью имманентен миру. Личн Бога не сущ. Еврейский филос Спиноза († 1677 г.) выраз это полож в лаконич формуле: «Бог есть природа». Пантеизм как религиоз-филос направл особенно присущ индийским системам мысли. На Западе пантеизм принимал различн формы у разных мыслит (Спинозы, Гегеля, Шлейермахера). В России его плоско, примитив развив Лев Толстой. Пантеизм отриц свободу воли челов. Он, как и деизм, не дает основ для живых, личн отнош челов к Богу, поэтому религия в нем по существу станов невозможной. Она появляется лишь там, где безличное начало (например, Брахман) воплощ и станов личн Божеством (например, Кришна). Справедливо заметил наш русский философ Л. М. Лопатин († 1920 г.), что в пантеизме «для мысли, по-видимому, представляется только один выход: или мир провозглас призраком и уничтож его в Боге, или Бога застав исчезн в мире до такой степени, что от Него остается одно имя». К последнему пантеизм практич всегда и приход. Основат «естест ре­лиг» филос Г. Чекбери (1583-1648) опублик в 1624 г. «Трактата об истине». После выхода в в XVIII в. работ Д. Коллинза (1676-1729) пред­став «естест религ» стали имен деистами. Деизм втянул в себя мыслящ элиту Европы ХVII-ХVIII вв. — среди них филосо­фов: Локка, Толанда, Шефтсбери, Вольтера, Руссо, Канта, выдающ ученых: Ньютона, Пристли. В России сто­рон деизма были Ломоносов, Радищев, Лубкин,Ернов. Космологические воззрения пантеизма на отношение Божества к миру, на происхождение мира и на его сущность вращаются между двумя крайностями — крайностями так называемого панкосмизма и акосмизма. Пантеизм, по самому существу своему, неизбежно впадает в ту или другую из этих двух крайностей при решении космологических вопросов, т. е. или божество превращает в мир или мир — в божество. В первом случае пантеистическая космогония получает более натуралистический характер и малым чем отличается от материалистической, в последнем — принимает характер крайнего идеализма, причем внешний мир трактуется как нечто призрачное и действительное бытие приписывается одной божественной субстанции. Что к таким именно крайностям всегда приходил пантеизм, это подтверждается историей развития пантеистических философских систем и новейших, из которых для нашей цели достаточно привести следующие данные. В древнейшей форме пантеизма, которой усвояется иногда название гилозоизма (от вещество и жизнь), все разнообразие и множество явлений сводится к одному источному началу, которое по аналогии с жизнью одушевленных существ мыслится как душа мира. Пантеистический акосмизм мы находим в учении греческих элеатов. Парменид из Элеи и ученик его Зенон учили, что все, что не отвечает понятию сущего, есть не сущее или призрачное. Более натуралистический пантеизм развивался в школе стоиков. Древнейшие представители этой школы под именем мировой души понимали вещественную стихию, именно огонь, и потому легко примиряли свое учение об одной душе мира с народной верой во множество богов, именно — посредством того предположения, что божественная душа мира присуща не только миру вообще, но также и отдельным силам природы. В атомизме Демокритовой школы пантеизм разрешился в чистый материализм. Такая же судьба постигла и новейший пантеизм. Со времени Спинозы, или даже со времени Джордано Бруно (которого некоторые историки философии считают первым проповедником пантеизма новейшего времени), до Фейербаха или Штрауса пантеистическое направление колебалось между крайностями акосмизма и панкосмизма. Замечательно, что самая идеальнейшая из всех пантеистических систем — система Гегеля послужила исходной точкой для развития новейшего материализма, родоначальником которого признают Фейербаха. Такое печальное разрешение пантеизма в материализм, которое проходит через всю историю философии — древней и новой, объясняется, однако же, весьма естественно теми существенными противоречиями, которые лежат в самой основе пантеизма, во всех его родах и видах. Отрицая личного Творца мира, пантеизм запутывается в сеть самых явных логических противоречий при определениях отношений своего безличного божества к миру. Божество, по пантеистическому учению, есть безусловная причина мира, а между тем оно не существовало прежде мира; само в себе оно есть нечто абсолютно простое, духовное, неизменяемое, но как мир оно является в вещественном виде и представляет бесконечную смену разнообразных явлений. Если пантеист видит божественное начало в целости мира, то единицы обращаются в призрак; если он переносит это начало на самые единицы, то целое делается лишь собранием единиц — отвлеченностью, лишенной всякой действительности. В первом случае вещество приносится в жертву духу, в последнем дух — в жертву веществу. Следовательно, для пантеизма, во всех его формах, мир необъясним. Из тех противоречий, в которые запутывается пантеизм, возможен только один выход: Божество есть или действительная причина мира и в таком случае оно должно быть прежде мира, так как по самому понятию своему причина есть нечто предшествующее своему действию; или нет никакой причины мира и мир существует сам от себя и через себя, как утверждает материализм и атеизм. Пантеизм хочет избежать этой дилеммы. Пантеизм различает возможное (потенциальное) бытие вселенной от ее действительного (реального) бытия, и в отличие от атеизма признает, что реальная вселенная не могла явиться без потенциально присущей ей творящей силы. Другими словами, эта пантеистическая формула выражается таким образом: «реальный мир есть не что иное, как самовоплощение или самораскрытие мировой идеи». Вот в чем состоит сущность пантеистической гипотезы о самосотворении вселенной. С пантеистической точки зрения на происхождение мира не дано и не может быть дано удовлетворительного объяснение происхождения индивидуальных существ в мире, с их бесконечно разнообразными особенностями и отличиями. Спиноза обходит этот вопрос; он просто объявляет индивидуумы за модусы одной субстанции; но почему же каждый модус отличен от другого, это пантеист-философ оставляет без объяснения. Еще менее удовлетворительное объяснение по этому вопросу дает Гегель. У него абсолютная субстанция превращена в понятие (идею), вне которого ничто не существует, а только бывает, и развитие природы превращено в чисто диалектический процесс. Но индивидуальные существа — не отвлеченные понятия, а реальности; и различия между ними не фиктивные, а тоже реальные. С пантеистической точки зрения уже абсолютно неразрешим вопрос о происхождении самосознающих существ. Вопрос этот обращает нас к антропологическим воззрениям пантеизма. Пантеизм думает решить это с помощью гипотезы, что мое сознание есть не мое личное сознание, точно так же, как и мое бытие не мое личное бытие, но все это есть лишь проявление божественной субстанции. Но против этого прежде всего говорит непосредственное сознание каждого, которое удостоверяет нас, что наше я есть самостоятельный субъект, от которого исходит ряд известных явлений, ощущений, мыслей, желаний и проч., как от своей причины; что есть, с другой стороны, явления, которые не от нас исходят, которых мы часто весьма не желаем и которым стараемся противодействовать. К логическим недостаткам пантеизма принадлежит, и то, что он не дает никакой точки опоры для религии и нравственности. Оба положения пантеизма — как то, что человек не есть реальное существо, а только тень бытия, так и то, что Бог только в человеке достигает самосознания, вне же человеческого сознания есть неразумная слепая сила, — неизбежно ведут к отрицанию религии: в первом случае — к взгляду на религию как на самообольщение, в последнем — к человекообожанию. Атеизм и антропологизм Фейербаха, выродившийся из Гегелианского пантеизма, служат фактическим подтверждением сказанного. Деизм (от лат. Deus - Бог). Это религиозно-философское направление возникло в Англии в XVII веке, но получило особое распространение в Европе в следующем столетии. Деизм признает бытие Бога, но рассматривает Его лишь как Творца мира и его законов, полностью исключая возможность каких-либо Откровений, чудес, действий промыслительного характера со стороны Бога. Бог вне мира. Он трансцендентен (от лат. transcendere - выходить за пределы чего-либо), т.е. абсолютно непознаваем для человека. И никакое общение между человеком и Богом невозможно. Сотворенный мир, по деистическому воззрению, подобен совершенному часовому механизму, сделав который, мастер предоставил его самому себе. Человек абсолютно автономен, независим от Бога. Для полноценной жизни, не только телесной, но и духовной, не требуется ни молитв, ни богослужений, ни таинств, нет необходимости в какой-либо помощи Бога, Его благодати, ибо все это нарушало бы свободу человека. Весь грандиозный религиозный опыт человечества просто перечеркнут чисто волюнтаристски. Поэтому религия - неверна и бессмысленна. Излишней и вредной является и Церковь. Как будто признавая, Бога, деизм полностью отвергает Его необходимость для человека, чем открывается путь к богоборчеству. Не случайно деист Вольтер сказал, в отношении католич. церкви: "Раздави гадину!". Деизм - не случайный продукт мысли "странных" философов. Его психологические корни совечны первозданному человеку, возмечтавшему стать "как Бог" без Бога, против Бога, и начавшему "новую жизнь" (=смерть) в "новом" мире. Эта наследственная "самость," и полное атрофирование духовной жизни породило множество аберраций человеч. ума и сердца: деизм, атеизм, материализм, сатанизм… Атеизм (от греч. a - отрицат. частица и theos - бог; буквально - "безбожие"). Атеизм - это сторона мировоззрения, совокупность взглядов, характеризующихся неприятием религиозных представлений о мире. Атеистические идеи находили выражение в искусстве, в художественной литературе, в народном творчестве, в научных, философских и других сочинениях. Эти идеи и тенденции в определенные эпохи систематизировались и обобщались в теоретическом атеизме, содержавшем концептуальное обоснование критики религии. Стихийный атеизм - это признание самодостаточности природы человека. Его проявления разнообразны: от интуитивных догадок до убежденности, подкрепленной практикой жизни и знаниями из разных областей культуры.


2. Причины возникновения свободомыслия и его сущность.

Вольнодумство – стремление к абсолютной свободе, воля не ограничена канонами, догматами, для него нет границ. Вольнодумство – стремление к независимому мышлению, к абсолютной, неограниченной свободе. В центр вольнодумстве сам человек, его желание думать как сам считает нужным. Противоречие – вольнодумец ограничивает сам себя своими собственными представлениями (это не абсолютная свобода). Он раб своих желаний. Вольнодумец оперирует эгоистическими (субъективными) доводами – наслаждаться жизнью. Материальные потребности превалируют над духовными. Вольнодумство – эпоха Просвещения – человек в центре мироздания (антропоцентризм). Вольнодумец – поклонение человеку (кумир) – идолопоклонство – добровольное рабство другому человеку, равному себе по плоти и духу. Основа вольнодумства – человеческий рассудок – поклонение ему. Следование закону => стремление к свободе – вражда друг к другу – закон (искусственно созданное право) для самосохранения. Может быть верующим – но как верует? – как ему хочется. Отличие вольнодумства от атеизма: 1) вольнодумец может быть верующим, атеист – нет, 2) вольнодумец допускает инакомыслие, атеист – борется, 3) вера сменяется идеологией, идеология выражает интересы строго определенного класса, группы, партии, всегда направлена на власть, как на материальную, так и на духовную, идеология порабощает человека, всегда разъединяет людей. Свободомыслие – человек свободно принимает догматы и требования Церкви, верующий человек может быть свободомыслящим в добровольно осознанных границах. Осознание – знание о себе самом. Слепая вера – человек себя не осознает (верует в силу традиции, вера предков и т.д.).
3. Свободомыслие в древнем Египте и Вавилонии («Песнь арфиста», «Беседа разочарованного со своим Ба», «Вавилонская теодицея», «Эпос о Гильгамеше»).

Египет. Религиозные представления подвергаются сомнениям в двух памятниках Древнего Египта — «Песне арфиста» и в «Беседе разочарованного со своим духом» (XXII — XXI вв. до н.э.). Замечательным памятником, отразившим сомнение древнего египтянина в жреческих учениях, является «Песнь арфиста», дошедшая до нас в записи XIV в. до н.э. : бесцельны усилия людей по соблюдению заупокойного культа; гробницы разрушаются, расхищается их содержимое. Здесь выражено сомнение в загробном существовании: «Никто не приходит оттуда... чтобы рассказать о их пребывании … И никто из тех, кто ушел туда, еще не вернулся обратно». В египетском народном политеизме вообще отсутствовал потусторонний мир: умерший рассматривался, как погруженный в глубокий сон, он продолжал жить, нуждаясь в пище и домашней утвари. Забота о нем возлагалась на род­ственников, которые обязаны были оказывать ему все необхо­димые услуги. В этом состоял заупокойный культ умерших у египтян, отличавшийся от известного из истории многих на­родов культа предков тем, что в нем не было обожествления умерших. С обожествле­нием фараона в религии Египта появляется учение о потустороннем существовании: воплощение бога, живой фараон — бог над живыми, умерший — бог над мертвыми. Именно эта со­циальная подоплека разъясняет сущность «Песни арфиста», автор призывает читателя не думать о загробной жизни, а наслаждаться сейчас. В ней заключена критика принципов господствующей, оформ­ленной идеологии - спасения через фараона. В «Беседе разочарованного со своим Ба» (XX в. до н. э.) содержанием памятника яв­ляется спор между человеком и его душой. Доведенный житей­скими невзгодами до отчаяния, человек стремится к самоубий­ству, но душа отговаривает его, убеждая принять самое жизнь как высшее благо. «Если вспомнишь ты о погребении — это горе, это вызывание слез, это огорчение людей. Это изгнание человека из его дома, удаление его на высоту! Не выйдешь ты больше наружу, чтобы увидеть солнце... Послушайся меня, ведь хорошо слушаться человеку! Проводи веселый день, за­будь печаль!». Душа говорит разочарованному, что бессмыс­ленно не только раньше времени умирать, но и готовиться при жизни к потустороннему существованию, ибо и те, кто соору­жают себе богатые гробницы, и те, кто умирают в нищете, при­емлют один коней: смерть тела и забвение близких. А потому, советует душа, нет ничего» прекрасней земного бытия, радуйся ему и наслаждайся им. Наряду с пессимизмом переходящем в проповедь гедонизма в древнеегипетском свободомыслии активно возвеличивается мудрость. Мудрые, сказано в одном поучении XIII в. до н. э., оставляя после себя «писания», делают для своей памяти в потомстве больше, нежели строящие пирамиды и воздвигаю­щие храмы. Таковы те немногие произведения, по которым мы можем судить о сущности древнеегипетского вольнодумства. Оно не получило сколько-нибудь цельного философского обоснования и осталось на уровне этико-идеологического импульса, вызван­ного к жизни трагизмом социальных отношений. Вавилон. Политическая история Вавилонии во многом сходна с еги­петской. Некогда бывший небольшим городом Вавилон превра­тился со временем в мощное рабовладельческое государство, раскинувшееся по всей территории Месопотамии. Расцвет его приходится на период правления шестого царя I династии — Хаммурапи (1792—1750 гг. до н. э.). Создание централизованного Вавилонского государства и возвышение Вавилона нашло в дальнейшем отражение и в ре­лигиозном культе: во главе пантеона был поставлен местный бог, покровитель города Вавилона Мардук, занимавший прежде одно из низших мест в небесной иерархии. Мифы приписывали этому богу функции демиурга — творца вселенной и людей, по­велителя богов. «Вавилонская теодицея» — знаменитая аккадская поэма, написанная в первой половине XI в. до н. э. вавилонским жрецом-заклинателем Эсагилки­ниуббибом. В ней действуют Страдалец, обличающий царящую в мире несправедливость, и утешающий его Друг, который приводит в ответ традиционные возражения и объяснения. Стра­далец, говорит: «…Успех мой минул, прошла удача, Сила ослабла, кончилась прибыль. Тоска и беда затмили мой облик… ». Друг отвечает на это, что надо больше полагаться на бога и не терять веры, и тогда «прежняя осень по молитве вер­нется, примиренная богиня возвратится по просьбе». Стра­дальца, однако, такой ответ не удовлетворяет. Разве я мало молился, спрашивает он. Или задержал приношенья? Дорогой успеха идут те, кто не ищут бога, Ослабли и захирели молившиеся богине. Возмущенный словами Страдальца, Друг гневно настав­ляет его: «Истину ты отвергаешь, предначертанья бога поносишь! Не соблюдать ритуалы богов ты возжелал в своем сердце… Верно понять решенья богов заказано человекам, Замыслы их для людей недоступны…». Страдалец считает, что человек может помочь себе только сам. Нотки религиозного скептицизма звучат и в другом вы­дающемся памятнике вавилонской литературы — поэме о Гиль­гамеше. Содержание ее таково: великий витязь Гильгамеш управляет городом Уруком. Он ведет веселую и праздную жизнь, не зная «равных в искусстве мученья тех, что доверены его власти». Лишь смерть друга Энкиду глубоко потрясает его, и он впервые задумывается над бедственной участью людей. Пытаясь найти путь к вечной жизни, Гильгамеш «прочел сово­купно все писанья, глубину премудрости всех книгочетов». И не обретя в них ответа на свои вопросы, он отправляется в дале­кие странствия, надеясь отыскать предка своего Утнапиштима, которому боги, единственному из смертных, даровали бессмер­тие. После многих приключений и страданий Гильгамеш дохо­дит до острова, где находится Утнапиштим. Предок выслушал его и, сжалившись над своим потомком, дал ему траву моло­дости. Счастливый отправляется он в обратный путь. И вот, когда он уже близок был к цели и приближался к Уруку, он теряет то, что нашел. Тогда грустный, полный скорби, Гильга­меш обращается с мольбой к богам, чтобы они позволили ему увидеть друга Энкиду, который безвременно ушел от него. И боги сжалились над ним. Гильгамеш говорит: «Скажи мне, друг мой, скажи мне, друг мой, Скажи мне закон земли, который ты знаешь!». Энкиду отвечает: «Голову, которой ты касался … червь ее пожирает! … Все мое тело пыли подобно». Таким образом, главным итогом исканий мужественного Гильгамеша оказывается вывод, что у всех людей будущее одно — смерть и превращение в прах. Человеку не дано быть бессмертным, равным богам. И самый великий, и самый низкий одинаково осуждены на тленье, и в этом — «закон земли», су­ровый и непреоборимый. Т.Якобсен пишет: «Эпос о Гильгамеше не приходит к гармоническому завершению; чув­ства, бушующие в нем, остаются безутешными; нет здесь и ни­какого чувства катарсиса, характерного для трагедии, никакого фундаментального приятия рокового. Это — насмешливая, не­счастливая и неудовлетворительная концовка. Буря внутреннего смятения осталась бушевать, жизненно важный вопрос не нашел ответа». Но жизнь продолжалась, продолжало су­ществовать человечество. Стало быть, сохранялась и надежда на обретение Истины.


следующая страница >>